12/08/13
7 знаменитых воздушных боёв русской авиации

12 августа в России отмечается День Военно-воздушных сил. Россия заслуженно славится своим «воздушным щитом».  Сегодня мы вспомним 7 знаменитых воздушных боёв  русской авиации.

1
Первая мировая.  Александр Козаков

Самым результативным русским лётчиком - асом периода Первой Мировой войны был Александр Александрович Козаков. На боевом счету Козакова - 32 победы, хотя во многих официальных источниках указывается другая цифра - 17. Такое несоответствие объясняется тем,  что по существоставшему в русской авиации правилу сбитым считался только тот вражеский аэроплан, который упал на территорию не занятую противником. 19 Марта 1915 года в одном из первых своих боевых вылетов лётчик 19-го авиаотряда 5-й армии штаб - ротмистр Александр Козаков повторил подвиг Петра Нестерова, протаранив немецкий "Альбатрос".  Под фюзеляжем его "Морана" была закреплена на тросе металлическая "кошка" с длинными "лапами" и пироксилиновой шашкой  ( и это в 1915-м когда французы и немцы уже устанавливали на свои самолёты пулеметы ). Ловко сманеврировав в воздухе, Козаков настиг "Альбатрос" и, зависнув над ним, попытался сбросить "кошку". Но та, как назло, зацепилась за обшивку своего же аэроплана.  Козаков решил ударить сверху "Альбатрос" колёсами своего "Морана". Удар оказался настолько сильным, что "Моран" пропорол обшивку крыльев вражеского аэроплана как бы оседлав его. В таком положении Козаков пролетел в течение нескольких секунд, а затем "спрыгнул со скакуна". Неуправляемый немецкий самолёт опрокинулся и камнем упал на землю. Оба вражеских лётчика погибли, а русский пилот всё же сумел посадить израненный "Моран" на своей территории. Правда, на пробеге аэроплан перевернулся, но лётчик выжил.

2
Авианалёт на Берлин

Ровно через месяц после начала Великой Отечественной войны германская авиация произвела первый массивный налет на Москву. Налеты противника побудили советское военно-политическое руководство нанести ответные удары по  Берлину. 26 июня 1941 года нарком Военно-морского флота, адмирал  Кузнецов  уже был у Сталина с предложением о бомбардировках столицы Германии . Верховному главнокомандующему идея понравилась. Необходимо было доказать, что советская авиация не уничтожена, как об этом трубил главный пропагандист Германии Геббельс. Операция предстояла крайне опасная, предполагалось, что бомбардировщики проведут в воздухе не менее восьми часов. На значительных высотах температура за бортом самолета могла достигать 50 градусов мороза. С учетом того, что кабины не отапливались, для летчиков подготовили теплые меховые костюмы и кислородные маски. Машины пришлось максимально облегчать. А за счет чего? Убрали бронезащиту. Вокруг Берлина в радиусе ста километров стояли зенитки, на аэродромах дежурили сотни истребителей. Но до столицы рейха три наших самолета дошли без единого выстрела. Еще на Сааремаа была договоренность: над целью — никаких радиопереговоров, сигналы будет подавать комадующий операцией полковник  Преображенский аэронавигационными огнями.  Берлин не ждал "гостей”, был весь в огнях, отлично просматривался. Штурман  Г.П. Молчанов так вспоминал о полете на Берлин: «До цели считанные минуты. Под нами логово фашизма! Произвожу бомбометание! Как биение сердца отсчитываются импульсы отделяющихся ФАБ-500. Только через 35 минут после того как упали первые бомбы, в Берлине была объявлена воздушная тревога. Город погрузился в темноту. Огонь открыли зенитки. Нашим бомбардировщикам пришлось прорываться через сплошную стену огня. Преображенский приказал радисту: "Кротенко, передай на аэродром: мое место — Берлин. Работу выполнил.Возвращаюсь”. Бомбардировщики легли на обратный курс. В справочниках до сих пор сказано, что все наши экипажи без потерь вернулись на аэродром. На самом деле потери были. Самолет лейтенанта Дашковского не дотянул до своего аэродрома самую малость. Он упал у Кагула на лес и загорелся. Экипаж погиб. Спустя годы немецкий писатель Олаф Греллер напишет: «То, что до сих пор не удавалось и до 1945 года больше уже никому не удастся, совершили летчики Преображенского: они застали врасплох фашистскую противовоздушную оборону, самую сильную и оснащенную, какая только была в 1941 году».

3
Курская битва

Хотя битву под Курском справедливо считают танковым сражением, битва в небе была не менее важной. Люфтваффе оказывали своим танковым дивизиям очень ценную поддержку с воздуха, но военно-воздушные силы Красной армии в конечном счете доказали свое превосходство в воздухе. Боевые действия советской авиации в обороне под Курском получили значительно больший размах, чем в оборонительных операциях Сталинградской и Московской битв. Особенно яростными битвы стали в районе города Изюм, где наши войска форсировали реку Северский Донец и теперь вели тяжелые бои на ее правом берегу. Немецкие бомбардировщики группами по 20–30 самолетов под прикрытием истребителей пытались разбомбить переправы и задержать продвижение наших войск. Авиабои во время Курской битвы отличались невероятным накалом и героизмом советских летчиков.

По воспоминаниям Георгия Баевского: "15 августа, прикрывая свои войска и переправу в районе Изюм, «в тяжелом воздушном бою с 80-100 Хе-111 и Ю-88,16–20 Ме-109ф», как записано в летной книжке, я сбил Хе-111, «расход боекомплекта 380 ШВАК». И опять среди истребителей противника были «охотники». В этот же день шестерка Ла-5 под командой одного из лучших наших летчиков, ветерана полка командира 3-й эскадрильи гвардии капитана Н.П. Дмитриева, прикрывая переправы, вела тяжелый бой с истребителями противника. Внезапно — а в бою все случается внезапно — яркая вспышка перед самолетом и режущая острая боль в глазах на какие-то доли секунды выключила сознание Николая Дмитриева. Пламя охватило весь самолет, он вошел в крутой штопор и на дачу рулей не реагировал. Дмитриев с огромным трудом покинул свой Ла-5, «мессеры» пытались расстрелять парашютиста в воздухе, но наши истребители надежно прикрыли командира, который, снижаясь, стал срывать с себя горящую одежду. Он упал на передовой, в расположении своих войск, обожженный, без сознания. На месте левого глаза была кровавая рана. Пехотинцы доставили Дмитриева в ближайший полевой госпиталь, оттуда он был отправлен в Москву".

4
Сражение на Кубани

Воздушное сражение, развернувшееся в небе Кубани в апреле-июне 1943 года, стало одним из крупнейших воздушных сражений Второй Мировой войны и было составной частью советского наступления на Кавказе. Одну из главных ролей в сражении сыграли советские истребители нового поколения. Впервые за все время Великой Отечественной войны, советские летчики навязали люфтваффе свою волю, активно мешали и противодействовали выполнению немцами своих боевых задач.  Всего в небе Кубани произошло три воздушных сражения. Первое из них началось 17 апреля 1943 года с попытки ликвидировать плацдарм в районе Мысхако. Для того, чтобы сбросить десантников 18 армии в море противник привлек около 450 своих бомбардировщиков и 200 истребителей прикрытия. С советской стороны для противодействия немцам использовалось около 500 самолетов из них 100 бомбардировщиков. с 28 апреля по 10 мая развернулось воздушное сражение в небе над станицей Крымской. Об интенсивности этих боев может свидетельствовать тот факт, что за 3 часа наступления немецкая авиация совершила более 1500 самолетовылетов. Последние крупные воздушные сражения прошли в период с 26 мая по 7 июня в районе станиц Киевской и Молдаванской при прорыве «Голубой линии» немцев. На некоторое время немцам удалось захватить превосходство в воздухе, что сильно осложняло жизнь наступающим войскам. Ответной мерой противодействия стали атаки советской авиации на аэродромы немцев. С 26 мая по 7 июня ВВС РККА провели 845 самолето-вылетов по аэродромам гитлеровцев в Анапе, Керчи, Саки, Сарабуз и Тамани. Всего за время сражений в небе Кубани советская авиация произвела около 35 тысяч самолетовылетов.

5
Халхин-Гол. Таран

Метод тарана, освоенный ещё Нестеровым, получил своё развитие и стал одним из излюбленных методов борьбы советских лётчиков ещё до Великой Отечественной войны.  В 1938 году, в битвах на Халхин-Голе, старший лейнтенант Скобарихин использовал таран, но теперь он был сделан на встречных курсах и на самолетах, которые сближались со скоростью около 900 километров в час - это раза в три быстрее, чем в 1914 году.
Второй таран на Халхин-Голе совершил 3 августа командир эскадрильи
56-го истребительного полка капитан В.П.Кустов. В этот день противник хотел
нанести мощный удар с воздуха по позициям советских войск. Армаду японских
бомбардировщиков и истребителей перехватили советские самолеты. Вот уже
несколько вражеских машин в пламени упали на землю. Однако часть
бомбардировщиков упорно рвалась вперед. Одну машину атаковал капитан
Кустов. В решительный момент у советского летчика кончились боеприпасы.
Через несколько секунд бомбы могли посыпаться на советских воинов... Винтом
своего истребителя капитан ударил по фюзеляжу японского бомбардировщика,
тот вспыхнул и, разваливаясь на части, рухнул вниз... При столкновении
погиб и Виктор Кустов, первым в истории авиации уничтоживший таранным
ударом вражеский самолет-бомбардировщик.
На следующий день, 4 августа, на Халхин-Голе таран совершил
летчик-истребитель А.Ф.Мошин. В завязавшемся над горой Хамар-Даба воздушном
бою советские летчики сбили восемь самолетов врага. Один из них уничтожил
лейтенант Мошин. Преследуя вторую машину, он зашел ей в хвост. Однако у
Мошина кончились боеприпасы. Умело маневрируя, он вплотную приблизился к
самолету противника и винтом ударил по стабилизатору. Японский истребитель
врезался в землю.
Мошин благополучно приземлился на своем аэродроме. Кроме чуть
погнутого винта, его И-16 повреждений не имел

6
Таран. Великая отечественная война

В Великую Отечественную войну, воздушный таран не был предусмотрен воинским уставом, какими-либо наставлениями или инструкциями и советские лётчики прибегали к этому приёму не по приказу командования. Во время Великой войны советские пилоты совершили более 600 воздушных таранов.  Надо отметить, что лётчики советских ВВС применяли таран на всех типах самолётов: истребителях, бомбардировщиках, штурмовиках и разведчиках. Воздушные тараны совершались в одиночных и групповых боях, днём и ночью, на больших и малых высотах, над своей территорией и над территорией врага, в любых погодных условиях. Были случаи, когда лётчики таранили назёмную или водную цель. Так, число наземных таранов почти равно воздушным атакам – более 500. Пожалуй, самый известный наземный таран - это подвиг, который совершил 26 июня 1941 года на ДБ-3ф (Ил-4, двухмоторный дальний бомбардировщик) экипаж капитана Николая Гастелло. Бомбардировщик был подбит огнём зенитной артиллерии противника и совершил так называемый «огненный таран», ударив по механизированной колонне врага.

7
Ахтунг-ахтунг! В небе Покрышкин!

Говорить об истории военной авиации и не вспомнить Покрышкина было бы неверно. Пересказывать все подвиги лётчика не обязательно, вспомним главное. Широко известен легендарный бой 29 апреля 1943 года. Тогда восьмерка ведомых Покрышкиным «аэрокобр» рассеяла и повернула назад три эшелона Ю-87 (81 самолет). К тому же их прикрывали десять Me-109. Одна пара сковала истребителей противника, шестерка остальных «соколиным ударом» сквозь мощнейший огневой заслон (стрелки 27 бомбардировщиков посылали навстречу более 400 пуль в секунду), дважды повторив математически рассчитанный маневр с переменным профилем пикирования и резким уходом вверх, расстреляла 12 «юнкерсов» (четыре из них - Покрышкин). Возвращаясь на аэродром, он сбивает пятый бомбардировщик.

В очерке «Хозяин неба - Александр Покрышкин» фронтовые корреспонденты А. Малышко и А. Верхолетов писали: «Разве он стреляет? - говорят о нем друзья. - Он наваливается всем огнем, сжигает, как доменная печь». Все огневые точки на машине Покрышкина были переведены на одну гашетку. Вчетвером против 50, втроем против 23, в одиночку против 8 вступал в бой Покрышкин. И никогда не знал поражений. Притом в каждой схватке он брал на себя самое опасное - атаку ведущего немецких групп.

7 причин остаться в России