22/09/18
Бой в ущелье Хазара: как погиб 1-й батальон 682-го полка в Афганистане

30 апреля 1984 года в Афганистане, в ущелье Хазара, произошло столкновение советских войск с афганскими моджахедами, в результате которого из строя была выведена почти половина личного состава 1-го батальона 682-го мотострелкового полка 108-й мотострелковой дивизии. По разным оценкам, наши потери составили от 57 до 87 убитыми и 107 человек ранеными. Специалисты называют этот бой самым кровавым за весь период пребывания Вооруженных Сил СССР в Афганистане.

Что предшествовало трагедии

В апреле-мае 1984 года в провинции Парван проходила войсковая операция по уничтожению отрядов полевого командира моджахедов Ахмад Шаха Масуда. Руководил военными действиями лично первый заместитель министра обороны СССР маршал С.Л. Соколов. В общей сложности друг другу противостояли 33 батальона советских и афганских бойцов. Когда основные силы противника были вытеснены из Панджшерского ущелья, началось прочесывание рокадных ущелий (ответвлений от основного ущелья).

27 апреля в штаб разведки явились двое местных и заявили, что они могут указать, где моджахеды прячут свои боеприпасы. Информация подтверждалась данными разведки, поэтому этих людей сочли достойными доверия и определили в проводники. Как покажут дальнейшие события, это была первая ошибка советского командования. Добровольные помощники оказались агентами моджахедов.

29 апреля 1-й мотострелковый батальон (1-й мсб) 682-го мотострелкового полка 108-й мотострелковой дивизии под командованием капитана Александра Королева после участия в боевой операции вернулся в расположение полка в населенном пункте Барак (в трех километрах ниже слияния реки Панджшер с рекой Хазара, ниже по течению Панджшер). И в тот же день командир получил приказ на прочесывание ущелья реки Хазара. В районе Пизгаранского креста (слияния притоков реки Хазара, образующих по форме крест в районе населенного пункта Пизгаран), как утверждали те самые местные информаторы, определенные в батальон проводниками, находился вражеский склад боеприпасов.

К 1-му мсб присоединились 40 бойцов из пехотного батальона правительственных войск Демократической Республики Афганистан. 1-я мотострелковая рота, согласно приказу командира дивизии, была оставлена для обороны штаба полка.

Рейд

Поздним вечером 29 апреля 1-й мсб численностью в 220 человек на бронетехнике вошел в ущелье реки Хазара. Миновали кишлаки Ходжари и Зарди. Здесь пришлось спешиться, поскольку бронетехника продолжать путь по каменным завалам горной дороги не могла.

Дальнейшее продвижение вглубь ущелья 1-й мсб осуществлял в таком составе: 2-я и 3-я мотострелковые роты без экипажей боевых машин, минометный взвод, гранатометный взвод и инженерно-саперное отделение.

После кишлака Зарди в ночь с 29 на 30 апреля батальон двигался по ущелью разделившись. 2-я рота, которой командовал капитан Королев, шла по дну ущелья, 3-я рота под командованием заместителя командира батальона по политической части капитана Грядунова - по возвышенностям, занимая господствующие высоты. Действовали так военные по приказу командира полка подполковника П. Сумана.

30 апреля приказ командира полка о подобном порядке движения был отменен командующим дивизии генерал-майором В. Логвиновым. Он распорядился идти строго по ущелью, не занимая высот. В связи с этим между ним и подполковником Суманом возник спор, в результате чего Суман был отстранен от руководства. А Логвинов пообещал организовать прикрытие с воздуха вертолетами.

Еще ночью капитан Королев узнал от командира афганского пехотного батальона, что в стане союзников нарастает паника в связи с разговорами о грозящей засаде. Королев известил об этом по рации капитана Грядунова.

Получив утром приказ командования продвигаться, не занимая господствующих высот, роты без воздушного подкрепления примерно к 11.00 вышли к кишлаку Малима, последнему населенному пункту перед Пизгаранским крестом.

Засада

Миновав кишлак, 1-й мсб разделился на две части. Одна пошла по восточному склону ущелья, другая – по западному. Почти сразу же после того, как это произошло, около 11.30 утра, противник, расположившийся на западном, более пологом склоне, открыл плотный огонь.

В первую же минуту боя был убит капитан Королев, который находился во главе колонны. Бойцы оказались без управления, оборонительный бой организовать было некому, и батальон, находившийся под прицельным огнем на открытой местности, понес тяжелейшие потери. Обстрел был прерван только к вечеру. К этому моменту все подразделения батальона были уничтожены или рассеяны. Около 20 человек спаслись, бросившись в реку. Им удалось выплыть ниже по течению.

Подкрепление

Как только была потеряна связь с комбатом Королевым, командир полка и командир дивизии приняли решение о выдвижении отряда подкрепления, в который вошли бойцы разведывательной роты полка. Кроме того, немедленно запросили авиационную поддержку.

Около полудня фронтовая авиация начала обстрел высот, на которых засели организовавшие засаду моджахеды. Действия авиации координировал тяжело раненый передовой авианаводчик лейтенант Блинов, который был прикреплен к 1-му мсб.

К 15.00 отряд подкрепления прибыл в кишлак Зарди, где находилась оставленная 1-м мсб бронетехника. К 18-ти часам сводный отряд подошел к участку, где была устроена засада, но продвинуться дальше ему не позволил огонь пулеметов противника. И только подоспевшие БМП-2, сумевшие с огромным трудом преодолеть каменные завалы, уничтожили наконец пулеметные расчеты.

К 22.00 к месту засады подошли 2-й мсб 682-го мотострелкового полка и 781-й отдельный разведывательный батальон. Дно ущелья и господствующие высоты были очищены от моджахедов.

1 мая в 8.00 утра началась эвакуация раненых и убитых бойцов 1-го мсб.

Последствия

Существуют две версии того, что же стало причиной гибели 1-го мсб. Согласно первой, роковой приказ о продвижении без занятия господствующих высот капитану Королеву отдал подполковник Суман. Такое мнение высказывают в своих воспоминаниях генерал-полковник Меримский и генерал-майор Ляховский. Этой же точки зрения придерживалось и военное руководство в 1984 году. После боя в Хазарском ущелье подполковник Суман был переведен в Белоруссию и понижен в должности. Генерал-майор Логвинов был снят с должности командира дивизии.

Позднее в Ташкенте состоялся судебный процесс над подполковником П. Суманом и генерал-майором В. Логвиновым, в ходе которого возобладала вторая версия: подполковник Суман получил устный приказ командира дивизии не занимать высоты, что стало причиной попадания в засаду и гибели большей части личного состава батальона.

Генерал-полковник Меримский в своих мемуарах писал: «За все время моего пребывания в Афганистане я никогда не встречал батальона, который понес бы такие потери в результате одного боя».