08/09/17
public domain
Что запрещено скрывать от сокамерников в российской тюрьме

Негласное тюремное правило гласит: меньше говори, больше слушай. Но есть информация, которой с сокамерниками лучше поделиться.

Масть не утаишь

И первоход, и сиделец со стажем при «заезде» в тюрьму должны рассказать смотрящему камеры о себе и своем прошлом: за что «закрыли», что за ходки были прежде и в каком месте лишения свободы (МЛС) отбывал срок. Такая «фильтрация», как правило, необходима для отсева блатных и подосланных администрацией тюрьмы (колонии) стукачей. Но это вовсе не означает, что «заехавший» должен вывернуть перед смотрящим душу наизнанку, — исходящая от опытного сидельца информация всегда дозирована, без лишних подробностей: говоруна может заложить администрации МЛС или тот же камерный стукач.
Однако прикидываться честным фраером, если ты, к примеру, по жизни «козел» (осужденный, сотрудничавший с администрацией) или «шнырь» (прислуга у воров в законе и блатных), чревато серьезными последствиями — за подобный «гон» обманщика могут и «опустить» до статуса «петуха».

Что не принадлежит одному…

Опытные сидельцы настоятельно рекомендуют не играть в тюрьме в карты: в случае проигрыша непременно придется расплачиваться, а за неимением средств и возможностей для этого должник может быть понижен в масти вплоть дол опущенного. При выигрыше же утаивать долю от братвы нельзя — надо делиться с сокамерниками, «заслать» на общак. То же самое происходит при получении осужденным передачи с воли — кушать съестное тайком в одиночку не принято. Когда сиделец обзаведется своим «ближним кругом», впоследствии он делится продуктами, чаем и сигаретами обычно только с ними.
Скрывать свои финансовые возможности и количество поступлений передач с воли бессмысленно и неразумно - за сигареты и чай сокамерники обеспеченному сидельцу могут оказать массу ценных услуг.

Драться надо — так дерись!

Как бы это странно ни звучало для непосвященных, перед сокамерниками не стоит прятать и собственные эмоции, если, разумеется, того требуют тюремные понятия. Слово «обида» здесь не подходит, поскольку оно и его производные в неволе употребляются только по отношению к определенной масти осужденных. Если осужденный подвергся унижению, пусть даже словесно, по тюремному закону за такое с «огорчившего» нужно немедленно спросить. Чаще всего «ответка» выражается в применении физической силы.
По полицейской статистике, большинство бытовых, «застольных» убийств, совершаемых матерыми рецидивистами на воле, происходит как раз по причине того, что бывшему зеку кто-то что-то «неправильное» сказал.
Оскорбленный осужденный, скрывающий свои чувства и не защитивший себя, неминуемо теряет уважение в коллективе и серьезно рискует «опуститься» в масти. Аналогичная участь ждет и любителей интриг — сплетен, тайком распускаемых осужденными о других сидельцах. С «перемалывающего косточки» также могут спросить, переломав при этом болтуну кости на самом деле.
Хотя все это вовсе не означает, что неопытный сиделец, в принципе, не вправе узнать о чем-либо важном у старожилов. Скрывать свое любопытство в данном случае как раз себе дороже — лучше узнать о правилах поведения в тюрьме заранее. Правда, при этом еще следует обратиться по понятиям. За фразу «можно спросить?» новичка сразу побьют - данное обращение означает, что вы хотите призвать собеседника к ответу за «косяк».

исправить оишбку