12/09/18
Public domain
Где Дудаев брал оружие для своей армии

В 1991 году Джохар Дудаев, едва заняв кресло президента Чеченской Республики Ичкерия, озаботился созданием регулярных войск. Так, Законом об обороне от 24 декабря была введена воинская повинность для всех мужчин. Количество военнослужащих в действующей армии достигло 15 000 человек, столько же было и в национальной гвардии. Но откуда в небольшой республике взялось оружие для полномасштабной войны? 

Что в Грозном продавали на рынке

Полковник милиции в отставке Ю.В. Черных вспоминает: осенью 1995 года, когда закончилась Первая чеченская война и в республике пытались навести порядок, в Главный информационный центр (ГИЦ) МВД России поступила информация о том, что при обыске помещения Грозненского УВД были найдены дискеты, содержащие базу данных учета, как подозревали оперативники, оружия. Поработав с дискетами, программист вскрыл систему управления базами данных «Арамис», специально разработанную для МВД России, и, действительно, обнаружил программу учета оружия, находящегося на руках у населения Грозного. Это были несколько тысяч записей о пистолетах, автоматах и даже гранатометах, зарегистрированных на имя граждан мирных профессий: поваров, продавцов, водителей и т. д. В графе «Источник приобретения» значилось: «Купил у неизвестного гражданина на рынке». 

В глобальном смысле основные способы вооружения армии Чеченской Республики в 1991-1994 гг. были следующие: 

- хищение со складов Министерства обороны РФ на территории Чечни; 

- передача уходящими войсками России; 

- закупки и помощь из-за рубежа; 

- собственное производство. 

Дорогой подарок поневоле

Дудаев потребовал, чтобы Российская Федерация вывела свои войска с территории республики до 10 июня 1992 года. Тогдашнему министру обороны маршалу Е.И. Шапошникову также поступило щедрое (как потом выяснилось) предложение разделить военное имущество на равные части: половину оставить в Чечне, а половину забрать с собой. Маршал отказался, а зря.

На тот момент на территории Чеченской Республики находилось довольно много объектов военного назначения: 903-й зенитный ракетный полк, 566-й конвойный полк внутренних войск, а также учебные заведения: 173-й гвардейский окружной учебный центр Северо-Кавказского ВО, 382-й учебный авиаполк. Но самый большой интерес для интендантов чеченской армии представляли военно-технические склады Армавирского военно-авиационного училища. Пока начальство колебалось, склады откровенно разворовывались, на войсковые части РФ совершались нападения. С 6 по 9 февраля 1992 года в Грозном был разгромлен 566-й полк внутренних войск МВД России, штурмовались военные городки 173-го ОУЦ, также были ограблены 25 офицерских квартир. Шесть российских военнослужащих получили тяжелые ранения. При этом военное руководство РФ не попыталось помешать расхищению и, по сути, узаконило его. Так, министр обороны Павел Грачев 28 мая 1992 года направил в СКВО шифротелеграмму, в которой говорилось: «Разрешаю передать Чеченской Республике из наличия 173-го гвардейского ОУЦ боевую технику, вооружение, имущество и запасы материальных средств в размерах: 

— боевую технику и вооружение — 50%,

— боеприпасы — два бронекомплекта,

— инженерные боеприпасы — 1–2%.

Автомобильную, специальную технику, имущество и запасы материальных средств реализовать по остаточной стоимости на месте». 

В реальности поровну делить было уже нечего. Попытки вывоза военного имущества с территории Чечни блокировались. Масштабы потерь зафиксированы в письме генерал-полковника В.П. Дубынина, начальника Генштаба ВС РФ, адресованного председателю Комитета по вопросам обороны и безопасности С.В. Степашину: «Командование СКВО было вынуждено срочно вывести оставшийся личный состав Грозненского гарнизона за пределы республики. В результате часть вооружения, техники, боеприпасов и запасов материальных средств были захвачены националистами республики», например, только в 173-м окружном учебном центре: 42 танка (Т-63 и Т-72), 34 БМП, 145 орудий и минометов, 15 зенитных средств, 40 тысяч единиц стрелкового оружия и свыше 300 тысяч боеприпасов. Степашин не поверил сведениям Главного штаба и поручил Управлению военной контрразведки Министерства безопасности РФ «проанализировать объективность представленной в Комитет информации». 

Итоги проверки оказались удручающими. По приблизительным оценкам, реально было передано и захвачено более 80% военной техники и около 75% стрелкового оружия. 

Армия и органы внутренних дел и госбезопасности потеряли более 60 тысяч единиц стрелкового оружия, из них 138 30-миллиметровых станковых автоматических гранатометов АГС-17 «Пламя», 678 танковых и 319 крупнокалиберных пулеметов, более 2000 ручных пулеметов РПК и ПКМ и около 150 тысяч ручных гранат. Не смогли вывезти из Чечни и 27 вагонов боеприпасов. На авиабазе Калиновская были оставлены истребители МиГ-17 (3 шт.), МиГ-15УТИ (2 шт.), 6 самолетов Ан-2 и два вертолета Ми-8. На авиабазе Ханкала были захвачены 72 учебно-тренировочных самолета Л-39 и 69 Л-29 «Дельфин 2». 

«Гуманитарная помощь» и закупки

Первая партия оружия поступила из Турции в ноябре 1991 года под видом гуманитарной помощи. Алаверды в рамках приграничной торговли через ВО «Росвнешторг» Министерства внешнеэкономических связей РФ из Чечни были вывезены в Турцию 251,9 тыс. тонн нефтепродуктов. Экспортную выручку в размере 17,8 млн долларов бюджет России не получил. Поставка оружия в Чечню в 1992-1994 гг. осуществлялась как посредством прямых закупок в странах СНГ и прибалтийских республиках, так и контрабандным путем из Афганистана и Турции. Часть оружия – пулеметы, автоматы - поступала из Абхазии. 

Афганистан поставлял: автоматы АК-47 китайского производства, АКМ производства СССР, ГДР, Польши, Египта, китайские пулеметы РПД, пулеметы Калашникова ПК/ПКМ, а также английские снайперские винтовки Lee Enfield. 

Английские винтовки стояли на вооружении снайперских групп моджахедов, прибывших из Афганистана. По некоторым данным, в Чечне воевали наемники из стран Прибалтики, Таджикистана, Азербайджана, Украины, Афганистана, Турции, имевшие личное проверенное оружие. 

Из-за рубежа также полным ходом шло финансирование дудаевских сепаратистов. Только в 1995 г. чеченской диаспорой были собраны 12 миллионов долларов для закупки оружия и снаряжения, оплаты наемников. Таким образом. на начало декабря 1994 года вооружение 13-тысячной регулярной армии Чечни составляло более 40 танков, 50 БМП и БТР, около 100 орудий полевой артиллерии и минометов, 600 единиц противотанковых средств, примерно 200 единиц средств ПВО. 

Оружие местного производства

Хотя регулярные подразделения Чечни снабжались купленным и ворованным оружием, для ополченцев стволов все равно не хватало - пришлось организовывать собственное производство. Какие только виды оружия ни изготавливались в Чечне из подручных средств: гранатометы, в том числе реактивные, пулеметы, минометы. Последние собирались из кусков трубы, в которой патрон болтался с зазором в 4-5 мм. Мастерили даже пусковые установки для стрельбы авиационными ракетами НУРС, пусковой механизм которых питался от батареек «Крона» в одной из рукоятей. 

На Грозненском машиностроительном заводе «Красный молот» стали выпускать 9-мм пистолет-пулемет К6-92 БОРЗ («Волк»), рассчитанный на патрон пистолета Макарова для одиночного и автоматического огня. Оружие конструкции местных инженеров классической компоновки (магазин перед рукоятью) состояло из штампованных деталей, которые возможно было производить на имеющемся в Чечне оборудовании. С конвейера успели сойти несколько тысяч стволов. Однако ошибки конструкторов и неточное соблюдение технологии – детали пистолета выпускались из инструментальной, а не оружейной стали - делали его небезопасным для стрелка. 

В кустарных условиях изготавливались винтовки калибром 12,7 мм и 14,5 мм с длиной ствола 120 или 160 см, к которым идеально подходили украденные у российской армии патроны. Несмотря на пружинный демпфер-амортизатор в прикладе винтовок, стрелять из подобного оружия было непростым занятием. 

Эксперт по оружию Сергей Коломиец, проводивший вместе со специальным корреспондентом журнала "Калашников" Русланом Чумаком испытания винтовки 12,7 мм на полигоне, так описывал свои впечатления: «На две минуты забыл, как дышать, и еще две недели сводил с плеча громадный синяк». Некоторые виды боевых изделий были весьма несовершенны и опасны для самих стрелков, зато к декабрю 1994 года оружие было в каждой чеченской семье.