27/01/18
Качества русских, которые поразили немцев в Великую Отечественную войну

Накануне вторжения Германии в СССР гитлеровская пропаганда создавала нелицеприятный образ русских, рисуя их отсталыми, лишенными духовности, интеллекта и даже неспособными постоять за свое Отечество. Вступив на советскую землю, немцы были поражены тем, что реальность совсем не соответствовала навязанным им представлениям.

И один в поле воин

Первое, с чем столкнулись германские войска – с ожесточенным сопротивлением советского солдата буквально на каждом пятачке своей земли. Особенно их шокировало, что «сумасшедшие русские» не боятся вступать в бой с силами, в несколько раз превосходящими их собственные. Один из батальонов группы армий «Центр» в составе не менее 800 человек, преодолев первый рубеж обороны, уже уверенно двигался вглубь советской территории, как внезапно был обстрелян отрядом из пяти человек. «Я не ожидал ничего подобного! Это чистейшее самоубийство, атаковать батальон пятеркой бойцов!» – комментировал ситуацию майор Нойхоф.

Британский историк Роберт Кершоу в книге «1941 год глазами немцев» приводит случай, как солдаты вермахта, расстреляв из 37-миллиметрового орудия советский легкий танк Т-26, без опаски приблизились к нему. Но вдруг его люк неожиданно распахнулся и высунувшийся по пояс танкист стал расстреливать противника из пистолета. Позднее выяснилось шокирующее обстоятельство: советский солдат был без ног (их оторвало при взрыве танка), но это не помешало ему сражаться до последнего.

Еще более поразительный случай описывал обер-лейтенант Хенсфальд, закончивший свою жизнь под Сталинградом. Дело было недалеко от белорусского городка Кричев, где 17 июля 1941 года старший сержант Николай Сиротинин в течение двух с половиной часов один с помощью  артиллерийского орудия сдерживал продвижение колонны немецкой бронетехники и пехоты. В итоге сержанту удалось выпустить почти 60 снарядов, которые уничтожили 10 немецких танков и бронетранспортеров. Убив героя, немцы тем не менее похоронили его с почестями.

Геройство в крови

Немецкие офицеры не раз признавались, что пленных они брали крайне редко, так как русские предпочитали биться до последнего. «Даже заживо сгорая, они продолжали отстреливаться». «Жертвенность у них в крови»; «Закалку русских не сравнить с нашей», – не уставали повторять немецкие генералы.

Во время одного из разведывательных полетов советский летчик обнаружил, что на пути двигавшейся на Москву немецкой колонны на протяжении десятков километров никого не было. В бой решено было бросить оказавшийся на аэродроме накануне укомплектованный сибирский полк. Немецкие военные вспоминали, как неожиданно впереди колонны появились низколетящие самолеты, из которых на заснеженное поле «гроздьями посыпались белые фигуры». Это были сибиряки, ставшие живым щитом перед немецкими танковыми бригадами, они бесстрашно кидались под гусеницы танков с гранатами. Когда погибла первая партия десанта, за ней последовала вторая. Позднее выяснилось, что при десантировании разбились около 12% бойцов, остальные погибли, вступив в неравный бой с противником. Но немцев все-таки удалось остановить.

Загадочная русская душа

Русский характер для немецких солдат остался загадкой. Они не могли понять, почему крестьяне, которые должны были их ненавидеть, встречали их с хлебом и молоком. Один из бойцов вермахта вспоминал, как в декабре 1941 года при отступлении в одной деревушке под Борисовом старушка вынесла ему каравай хлеба и кувшин молока, в слезах причитая: «Война, война».

Причем зачастую мирные жители с одинаковым добродушием относились как к наступающим немцам, так и к поверженным. Майор Кюнер отмечал, что он часто был свидетелем того, как русские крестьянки голосили над ранеными или убитыми немецкими солдатами, словно это были их собственные дети.

Ветеран войны, доктор исторических наук Борис Сапунов рассказывал, что при прохождении через окраины Берлина им часто попадались пустые дома. Все дело в том, что местные жители под воздействием немецкой пропаганды, рисовавшей ужасы, которые якобы творила наступающая Красная Армия, разбегались по близлежащим лесам. Однако те, кто все же остался, были удивлены, что русские не пытаются ни насиловать женщин, ни выносить имущество, а, напротив, предлагают свою помощь.

Они даже молятся

Немцы, пришедшие на русскую землю, были готовы встретиться с толпами воинствующих атеистов, так как их убедили, что большевизм был крайне нетерпим к проявлению религиозности. Поэтому их сильно поразило, что в русских избах висят иконы, а население носит на груди миниатюрные распятия. С тем же столкнулись и гражданские немцы, которые познакомились с советскими остарбайтерами. Их искренне удивили рассказы приехавших на работы в Германию русских, которые поведали, как много в Советском Союзе старых церквей и монастырей, и как бережно они хранят свою веру, исполняя религиозные обряды. «Я думала, что у русских нет религии, однако они даже молятся», – заявила одна из немецких работниц.

Как отмечал штабной врач фон Гревениц, во время медицинских осмотров оказалось, что подавляющее число советских девушек девственницы. «Блеск чистоты» и «деятельную добродетель» излучали их лица, и я чувствовал большую силу этого света, вспоминал врач.

Не меньше немцев поражала верность русских семейному долгу. Так, в городке Зентенберг на свет появились 9 новорожденных и еще 50 ожидали своего часа. Все они, кроме двух, принадлежали советским супружеским парам. И хотя в одной комнате ютились по 6-8 пар, в их поведении не наблюдалось никакой распущенности, фиксировали немцы.

Русские умельцы круче европейцев

Пропаганда Третьего рейха уверяла, что, истребив всю интеллигенцию, большевики оставили в стране безликую массу, способную выполнять лишь примитивную работу. Однако сотрудники германских предприятий, где трудились остарбайтеры, раз за разом убеждались в обратном. В докладных записках немецкие мастера часто указывали, что техническая осведомленность русских ставит их в тупик. Один из инженеров города Байройт заметил: «Наша пропаганда всегда преподносит русских как тупых и глупых. Но я здесь установил противоположное. Во время работы русские думают и совсем не выглядят такими глупыми. Для меня лучше иметь на работе 2 русских, чем 5 итальянцев».

В докладах немцы констатировали, что русский рабочий самыми примитивными средствами может устранить неисправность любого механизма. К примеру, на одном из предприятий Франкфурта-на-Одере советский военнопленный за короткое время сумел найти причину поломки двигателя, починить и запустить его, и это при том, что немецким специалистам не удавалось ничего сделать много дней.