11/10/18
Как общались немцы и красноармейцы в перерывах между боями

Эта тема до сих пор относится к своего рода табуированным. Даже по прошествии семи с лишним десятков лет поле окончания войны не принято говорить, что могли быть моменты напоминающие братание, и что вообще солдаты РККА и вермахта не были постоянно одержимы жаждой убивать друг друга как можно больше. Слишком уж это противоречит въевшемуся в подкорку мозга убеждению в ненависти, обуревавшей обе стороны – «тупой и животной» «у них», «святой» «у нас». Тем более, что живых свидетелей уже почти не осталось. Да и когда они были ещё живы, говорили о таком украдкой, а в печать это почти не попадало. По крупицам, по отдельным свидетельствам вырисовываются случаи, когда впавшие в ступор от постоянного сидения в сырых окопах солдаты обеих сторон устанавливали своего рода негласные перемирия или, по крайней мере, «правила игры», вводили взаимное истребление в некие ситуационные рамки.

Разумный эгоизм

Народный артист СССР Юрий Никулин рассказывал, что если на нейтральной полосе внезапно встречались разведывательные группы двух сторон, то они старались разойтись без выстрелов, как будто не видели друг друга. Что имело логичное объяснение – задачи разведчикам ставились в тылу противника, цели надо было ещё достигнуть, никто не хотел срывать задание перестрелкой уже на «нейтралке». Впрочем, это вряд ли можно назвать общением – скорее уж, взаимное молчание.

Похожие негласные правила устанавливались и в некоторых других ситуациях – с целью не стать жертвами мести противника в подобных же случаях. Так, наши и немцы старались не стрелять в случайно обнаруженного врага, справляющего естественные потребности.

Рассказывают ещё, что иногда на нейтральной полосе внезапно обнаруживался бесхозный трофей – склад с алкоголем. Для его использования устанавливалась ночью негласная очередь. Например, немцы ходят к складу до полуночи, а наши – после. Само собой, всё это происходило втайне от офицеров.

В одном из фильмов про войну, снятом уже в начале нынешнего столетия, был поставлен такой эпизод, когда большой советский военачальник приезжает на передовую. Там вовсю идёт стрельба с той и другой стороны. Начальник пригибается в окопе, а молоденький лейтенант козыряет ему, стоя в полный рост. Начальник сначала кричит ему: «Пригнись!», – а лейтенантик как ни в чём не бывало стоит, козыряет и ещё улыбается. Тут начальник смекает, что обе стороны как по уговору стреляют в воздух, и собирается отдать лейтенанта под трибунал.

Дело разряжает какой-то другой начальник, обращающий внимание на то, что это подразделение уже невесть сколько суток стоит в боевом охранении, горячей пищи ему не подвозят, на отдых не отводили уже несколько недель. В общем, казус разрешается сменой подразделения. Неизвестно, был ли подобный случай в действительности. Но правдоподобно, что в условиях осточертевшей позиционной войны солдаты обеих сторон изредка могли изображать активность стрельбой в пустоту.

«Иван, в плену тебя хорошо накормят»

Менее правдоподобными представляются рассказы про игры в футбол на нейтральной полосе и про ночные походы через линию фронта для совместных попоек. Впрочем, учитывая германский опыт по разложению русской армии ещё в Первую мировую войну подобные случаи очень редко, но могли иметь место. Понятно, что нашим солдатам было нечем делиться с немцами. Зато немцы могли использовать такие встречи для убеждения сдаться в плен, одаривая наших солдат папиросами, салом, консервами, сгущёнкой и шоколадом. Иной раз, говорят, немцы так сами приходили с белым флагом к передовым позициям наших. Например, в Сталинграде 7 ноября 1942 года – поздравить с праздником.

Понятно, что в случае обнаружения командирами такие «общения» прерывались огнём с нашей стороны. Точно также, как и в Первую мировую войну.

Были ли братания

До настоящих братаний, подобных тем, которые развернулись на Восточном фронте Первой мировой войны в 1917 году, во Великой Отечественной дело не дошло. Эффективнее был контроль со стороны командного состава, да и обе армии почти всегда оставались верны своему долгу.

Встречаются сообщения, будто во время освобождения Красной Армией Севастополя 9 мая 1944 года был эпизод, когда по частям обеих армий пронёсся слух о том, что СССР и Германия заключили перемирие. Солдаты встретились на нейтральной полосе и отметили окончание войны совместным салютом из стрелкового оружия. Но вскоре командиры навели порядок, и наступление возобновилось.

Данный эпизод неправдоподобен по целому ряду обстоятельств. Самое существенное из них – бои за освобождение Севастополя происходили очень динамично. Причём наши побеждали. Скорее всего, наши бы использовали такой слух для взятия противника, прижатого к морю, в плен. Не исключено другое. Мог пройти слух, что командование окружённых в Севастополе немецких войск приняло решение о капитуляции. Тогда на какой-то момент могла возникнуть неразбериха. Но с известием о якобы всеобщем перемирии это не имело бы ничего общего.

Информация такого рода основана только на чьих-то личных свидетельствах сомнительного свойства. В документах, в официальных донесениях такие случаи не упоминались. И совершенно понятно почему – командир, в чьей части происходило такое вот «общение» с противником, подлежал суду военного трибунала.