11/07/17
Как сидели в тюрьмах республик СССР

Места заключения сегодняшнего ближнего зарубежья нашим бывалым, пожившим и многое повидавшим на своем веку соотечественникам с большим тюремным прошлым тоже памятны: у каждой такой «крытки» - своя история. Подчас не менее интересная, чем летопись Бутырки, Крестов или того же ФКУ Т-2 во Владимирской области, более известного как Владимирский централ.

В Брестской крепости не только воевали, но и отбывали

До Первой мировой Брестская крепость была пересыльной тюрьмой, где сиживал «железный Феликс», будущий главный чекист молодой советской республики Ф. Э. Дзержинский. В 20-е годы во время советско-польской войны крепость использовалась поляками в качестве огромного концентрационного лагеря. Содержавшиеся в нем красноармейцы находились в ужасающих условиях – к ним отвратительно относились, голод, холод и другие лишения унесли жизни порядка 20 тысяч узников.
Одно время в Брестской крепости сидел Степан Бандера. Прежде он неоднократно сбегал из мест заключения. Но Брестская «крытка» в этом плане оказалась тюрьмой надежной. Выпустили Бандеру только гитлеровцы после нападения Германии в 1939 году на Польшу (тогда еще Брест был польским).
Перед началом Великой Отечественной войны, когда в результате раздела захваченной Германией и СССР польской территории часть страны отошла к Советскому Союзу, в Брестской крепости размещались и военный городок с гарнизоном, и тюрьма строгого режима, охраняемая батальоном НКВД. Сидели в ней как уголовники, так и политические – к 22 июня 1941 года почти 700 человек, главным образом, польских офицеров и белорусских националистов. При штурме крепости тюрьму немцы взяли сразу. Оставшихся в живых заключенных распустили. На этом история брестской «крытки» закончилась – в середине 50-х годов то, что осталось от тюремного замка, было взорвано саперами.

Людоед Джумагалиев был смирным

Алма-Атинский централ – одна из старейших тюрем Советского Союза. В этой «крытке» в свое время с трехнедельным «визитом» в 1929 году побывал ссыльный Лев Троцкий. В 60-х годах в централе, переименованном из спецтюрьмы для политзэков в СИЗО, установился жесткий внутренний режим. Хотя, вспоминают те, кто там сидел, при этом охрана за деньги помогала доставать местную наркоту, не мешала устраивать воровские толковища.
В начале 80-х в Алма-Атинском централе сидел Николай Джумагалиев, которого осудили за изнасилования, убийства и поедание трупов семи женщин (потом в деле маньяка стали известны новые эпизоды). Хотя Джумагалиев и был признан психически неадекватным, вел он себя в казахстанской тюрьме как обычный человек – тихо и бесконфликтно.

Царство беспредела

Так называли послевоенный Рижский централ: воровской закон там упорно не приживался. «Общак» в централе не собирали. Новички избивались и «опускались» нередко вообще без причины. Воры в законе смертельно боялись этапа в Рижский централ.
То же самое творилось и во Львовском СИЗО, где царил авторитет так называемых «польских воров» – профессиональных уголовников из западных областей Украины и Белоруссии. «Польские воры» не считались с традиционными воровскими законами и жестоко конфликтовали с теми, кто таких понятий придерживался.

Мессинг откупился

Есть легенда, что Вольф Мессинг, посаженный в Ташкентский централ, мало пожертвовал из своих солидных сбережений на нужды воюющей Красной Армии. Когда его в тюрьме известными методами «убедили» раскошелиться на большее, самый известный советский маг и чародей немедленно выложил средства, которых хватило на именной истребитель. После чего и был отпущен.
Ташкентский централ называли арестантской жемчужиной Востока. Сидели там во времена СССР главным образом уголовники и политические.

В «Володарке» отметились Борис Савинков и Павел Шеремет

Этот Минский централ, переименованный в 60-х годах в СИЗО, в просторечии называют «Володаркой» из-за улицы Володарского, на которой он расположен. Когда-то «крытка» была «перевалочным пунктом» для известного террориста-авантюриста Бориса Савинкова, выманенного из-за границы при помощи знаменитой операции «Трест». В более позднее время здесь сидел белорусский оппозиционный журналист Павел Шеремет.
В послевоенное время в Минском централе шли ожесточенные схватки между «польскими ворами» и ворами в законе. И тех, и других при этом нещадно «прессовала», стравливая между собой, администрация «крытки». И при советской власти, и после развала СССР в «Володарке» был жесткий режим. Всякий, кто туда попадает, мечтает побыстрее «откинуться» из этого СИЗО.

Серей Ковалев и Натан Щаранский плели авоськи

Известные советские диссиденты отбывали наказание в Чистопольском централе (Татарская АССР) в коне70-х годов. Держали государственных преступников отдельно от остальных, работали они в камерах – плели рыболовные снасти и авоськи. При относительно щадящем режиме, тем не мене, диссиденты часто нервировали администрацию «крытки» своими протестами и голодовками. Наиболее активного в этом плане Натана Щаранского в итоге кормили принудительно.
Осужденный за антисоветскую агитацию и пропаганду Анатолий Марченко в Чистопольском централе тоже голодал, его также насильно заставляли принимать пищу. И если Щаранского в конце концов удалось обменять на интернациональную группу разведчиков, он уехал в Израиль и сделал там головокружительную карьеру, то Марченко после выхода из голодовки умер, не отсидев и 5 месяцев.