13/05/18
Как «воздушный хулиган» Матиас Руст сидел в советской тюрьме

28 мая 1987 года 18-летний авиалюбитель из ФРГ Матиас Руст свершил на легкомоторной «Сессне» легендарную посадку рядом с Красной площадью. Это событие нанесло серьезный удар по репутации советского руководства, не раз заявлявшего о надежности защиты государственных границ.

Приземлившись на Васильевском спуске около 19:00, немец накатом доехал до Собора Василия Блаженного и тут, разумеется, его сразу обступили любопытствующие прохожие. Вскоре к месту посадки прибыли грузовики с солдатами, которые окружили самолет. Ближе к 20:00 к Русту подошли представители КГБ и в течение 15 минут допрашивали его. А через полчаса немецкий пилот был уже в следственном изоляторе «Лефортово», где допрос продолжился до 4-х утра. От него требовали признания в шпионаже.

Руста судили лишь спустя три месяца. Приговор юному пилоту был вынесен 4 сентября 1987 года на третий день после начала судебных слушаний. Западногерманского искателя приключений обвиняли по трем пунктам: хулиганство, нарушение правил авиаперелетов и незаконное пересечение государственной границы СССР. Наказание – 4 года лишения свободы.

А ведь у Руста были грандиозные планы. Он всерьез намеревался вместе со своим кумиром Михаилом Горбачевым спасти мир от засилья ядерного оружия. Позднее у него спросили, чтобы он сказал советскому лидеру, если бы встреча все же состгоялась: «Михаил Сергеевич! Я не собирался доставлять вам трудности тем, что сделал. Я просто хотел протянуть руку и показать, что я тоже приветствую ваши попытки сделать нашу землю мирной», – ответил Руст.

Скандальный полет немца, да еще в День советских погранвойск, стоил карьеры целому ряду военачальников, включая министра обороны Сергея Соколова и командующего ПВО Александра Колдунова. Нужно отметить, что инцидент с Рустом пришелся как нельзя кстати, у Горбачева появился повод избавиться от нерадивых генералов. 

Пока шло следствие, Руста периодически возили в Верховный Суд на слушания из тюремного изолятора «Лефортово»: в здании суда его водили по отдельному проходу, при этом использовали специальный лифт и специальную дверь в зал судебных заседаний. В перерывах между слушаниями немца отводили в отдельную комнату, где кормили привезенным из «Лефортово» тюремным обедом – довольно калорийным и вкусным: в меню входили борщ со сметаной, котлеты с гречневой кашей и соленым огурцом, черный хлеб и компот из сухофруктов.

По воспоминаниям Руста, присутствовавший на обеде начальник Лефортовской тюрьмы (одетый в штатское) рассказывал ему занимательные истории о происхождении названия тюрьмы, о Франце Лефорте и о том, как тот служил Петру I.

Всего в «Лефортово» Матиас Руст провел 432 дня – чуть больше года из четырех, назначенных ему в качестве меры наказания. Несмотря на довольно комфортные условия, в которых Руст находился, состояние его оставалось подавленным. «Я боялся, что мне оттуда не выйти. За несколько недель я похудел на 10 кг», – жаловался впоследствии пилот.

В тюремной камере Руст был не один, к нему подселили учителя английского языка из Украины Александра, который отбывал наказание за фарцовку в гостинице «Астория». Как утверждает Руст, подсадили его к нему не случайно. Во-первых, чтобы знавший английский язык немец мог хоть с кем-то общаться, а во-вторых, сотрудники КГБ хотели через Александра выведать у Руста какую-нибудь ценную информацию.

Скрашивая свои серые тюремные будни, Руст пытался учить русский, однако язык ему не давался. Все, что он мог вспомнить спустя много лет, это две фразы и два слова: «Я хочу домой», «Я лечу домой», «самолет», «извините».

Как признавался немец, он не имел понятия, что твориться за стенами тюрьмы. Маленькое окошко из толстого мутного стекла под потолком камеры только подчеркивало его отгороженность от внешнего мира. Сосед как мог подбадривал узника, периодически пересказывая ему содержание очередного номера «Правды». А еще к Матиасу приходила жена западногерманского посла в СССР и подкармливала его пирожками.

3 августа 1988 года около 2 часов дня в камеру к Русту вошли охранники и выдали ему выходную одежду, в которую заключенный пилот должен был облачиться для встреч с адвокатами, немецкими дипломатами и родителями. Руст поначалу напрягся, однако сосед по камере его успокоил: «Парень, тебе, кажется, повезло. Ты же не думаешь, что тебя в этой одежде повезут в Сибирь?»

В этот же день Матиас Руст покинул СССР. Указ о его выдворении подписал лично Председатель Президиума Верховного Совета СССР Андрей Громыко. «Я почувствовал, что оживаю», – описывал по прошествии некоторого времени свое тогдашнее состояние бывший арестант. В апреле 1994 года Матиас Руст еще раз приехал в нашу страну, посетил места своих злоключений, но это уже была другая Россия.