01/04/17

Катынский расстрел: что там произошло на самом деле

5 марта 1940 года власти СССР приняли решение о применении к военнопленным полякам высшей формы наказания – расстрела. Было положено начало катынской трагедии, одного из главных камней преткновения в российско-польских отношениях.

Пропавшие офицеры

8 августа 1941 года, на фоне начавшейся войны с Германией, Сталин заключает дипломатические отношения с новообретенным союзником – польским правительством в изгнании. В рамках нового договора, всем польским военнопленным, особенно пленникам 1939 года на территории Советского Союза объявлялась амнистия и право свободного перемещения по всей территории Союза. Началось формирование армии Андерса. Тем не менее польское правительство не досчиталось около 15000 офицеров, которые по документам должны были находиться в Козельском, Старобельском и Юхновском лагерях. На все обвинения польского генерала Сикорского и генерала Андерса в нарушении договора об амнистии Сталин отвечал, что все узники были освобождены, но могли убежать в Маньчжурию.

Впоследствии один из подчиненных Андерса описывал свою тревогу: «Несмотря на «амнистию», твердое обещание самого Сталина вернуть нам военнопленных, несмотря на его заверения, что узники из Старобельска, Козельска и Осташкова были найдены и освобождены, к нам не поступило ни единого призыва о помощи от военнопленных из вышеупомянутых лагерей. Расспрашивая тысячи возвращающихся из лагерей и тюрем коллег, мы ни разу не услышали сколько-нибудь достоверного подтверждения местопребывания узников, вывезенных из тех трех лагерей». Ему же принадлежали слова произнесенные через несколько лет: «Только весной 1943 года открылась миру страшная тайна, мир услышал слово, от которого до сих пор веет ужасом: Катынь».

Инсценировка

Как известно, катынское захоронение обнаружили немцы в 1943 году, когда эти области находились под оккупацией. Именно фашисты способствовали «раскрутке» дела Катыни. Было привлечено много специалистов, тщательно произведена эксгумация, они даже водили туда экскурсии местным жителям. Неожиданная находка на оккупированной территории дала повод к появлению версии о намеренной инсценировке, которая должна была исполнить роль пропаганды против СССР во время Второй мировой войны. Это стало важным аргументом в обвинении немецкой стороны. Тем более в списке идентифицированных оказалось много евреев.

Привлекали внимание и детали. В.В. Колтурович из Даугавпилса изложил свою беседу с женщиной, которая вместе с односельчанами ходила смотреть вскрытые могилы: «Я ее спросил: «Вера, а что говорили люди между собой, рассматривая могилы?» Ответ был следующим: «Нашим халатным разгильдяям так не сделать — слишком аккуратная работа». Действительно, рвы были идеально выкопанные под шнур, трупы уложены идеальными штабелями. Аргумент, конечно, двусмысленный, но не стоит забывать, что согласно документам, расстрел такого огромного количества людей был произведен в максимально короткие сроки. У исполнителей должно было просто не хватить на это времени.

Двойное обвинение

На знаменитом Нюрнбергском процессе 1-3 июля 1946 года катынский расстрел ставился в вину Германии и фигурировал в обвинительном заключении Международного трибунала (МВТ) в Нюрнберге, раздел III «Военные преступления», о жестоком обращении с военнопленными и военнослужащими других стран. Главным организатором расстрела был объявлен Фридрих Аленс, командир 537-полка. Он же выступил свидетелем в ответном обвинении против СССР. Трибунал не поддержал советское обвинение, и в приговоре трибунала катынский эпизод отсутствует. Во всем мире это восприняли как «молчаливое признание» СССР своей вины.
Подготовка и ход Нюрнбергского процесса сопровождались, как минимум, двумя событиями, компрометирующими СССР. 30 марта 1946 года погиб польский прокурор Роман Мартин, у которого якобы находились документы, доказывающие вину НКВД. Пал жертвой и советский прокурор Николай Зоря, который скоропостижно скончался прямо в Нюрнберге в своем номере гостиницы. Накануне он заявил своему непосредственному начальнику – генеральному прокурору Горшенину, что обнаружил неточности в катынских документах, и что он не может с ними выступать. На следующее утро он «застрелился». Среди Советской делегации ходили слухи, что Сталин приказал «похоронить его как собаку!».

Уже после признания Горбачевым вины СССР, исследователь по катынскому вопросу Владимир Абаринов в своей работе приводит следующий монолог дочери одного офицера НКВД: «Я вам вот что скажу. Приказ насчет польских офицеров поступил прямо от Сталина. Отец рассказывал, что видел подлинный документ со сталинской подписью, что же ему было делать? Самому себя подвести под арест? Или застрелиться? Из отца сделали козла отпущения за решения, принятые другими».

Партия Лаврентия Берии

Катынский расстрел невозможно поставить в вину лишь одному человеку. Тем не менее наибольшую роль в этом, согласно архивным документам, сыграл Лаврентий Берия, «правая рука Сталина». Еще дочь вождя Светлана Аллилуева отмечала необычайное влияние, которое оказывал этот «негодяй» на ее отца. В своих мемуарах она рассказывала, что было достаточно одного слова Берии да пары подложных документов, чтобы определить судьбу будущих жертв. Катынский расстрел не стал исключением. 3 марта народный комиссар внутренних дел Берия предложил Сталину рассмотреть дела польских офицеров «в особом порядке, с применением к ним высшей меры наказания — расстрела». Причина: «Все они являются заклятыми врагами советской власти, преисполненными ненависти к советскому строю». Через два дня вышло постановление Политбюро о перевозе военнопленных и подготовке расстрела.
Существует теория о подложности «Записки» Берии. Лингвистические анализы дают разные результаты, официальная версия не отрицает причастности Берии. Тем не менее, заявления о подложности «записки» объявляются до сих пор.

Обманутые надежды

В начале 1940 года в советских лагерях среди польских военнопленных витали самые оптимистические настроения. Козельский, Юхновский лагеря не были исключением. К заграничным военнопленным конвой относился несколько мягче, нежели к собственным согражданам. Было объявлено, что пленных будут передавать нейтральным странам. В худшем случае, полагали поляки, их выдадут немцам. Между тем из Москвы прибыли сотрудники НКВД и приступили к работе.
Перед отправкой пленным, искренне верящим в то, что их отправляют в безопасное место, сделали прививки против брюшного тифа и холеры — по-видимому, чтобы успокоить их. Каждый получил сухой паек. Но в Смоленске всем приказали готовиться к выходу: «С 12 часов стоим в Смоленске на запасном пути. 9 апреля подъем в тюремных вагонах и подготовка на выход. Нас куда-то перевозят в машинах, что дальше? Перевозка в боксах «ворона» (страшно). Нас привезли куда-то в лес, похоже на дачное место…», - это последняя запись в дневнике майора Сольского, покоящегося сегодня в катынском лесу. Дневник был найден при эксгумации.

Обратная сторона признания

22 февраля 1990 года заведующий Международным отделом ЦК КПСС В. Фалин сообщил Горбачеву о новых найденных архивных документах, которые подтверждают вину НКВД в катынском расстреле. Фалин предложил срочно сформировать новую позицию советского руководство по отношению к этому делу и сообщить президенту польской республике Войцеху Ярузельскому о новых открытиях в деле страшной трагедии.

13 апреля 1990 года ТАСС опубликовало официальное заявление с признанием вины Советского Союза в Катынской трагедии. Ярузельский получил от Михаила Горбачева списки этапируемых заключенных из трех лагерей: Козельска, Осташкова и Старобельска. Главная военная прокуратура возбудила дело по факту Катынской трагедии. Встал вопрос, что делать с выжившими участниками Катынской трагедии.

Вот что сказал Николасу Бетеллу ответственный работник ЦК КПСС Валентин Алексеевич Александров: «Мы не исключаем возможность судебного расследования или даже суда. Но вы должны понимать, что советское общественное мнение не целиком поддерживает политику Горбачева в отношении Катыни. Мы в Центральном Комитете получили множество писем от организаций ветеранов, в которых нас спрашивают, почему мы порочим имена тех, кто лишь исполнял свой долг в отношении врагов социализма». В результате, расследование в отношении лиц, признанных виновными было прекращено, в связи с их смертью или недостатком доказательств.

Неразрешенный вопрос

Катынский вопрос стал основным камнем преткновения между Польшей и Россией. Когда при Горбачеве началось новое расследование катынской трагедии, польские власти надеялись на признание вины в убийстве всех пропавших офицеров, общее число которых составляло около пятнадцати тысяч. Основное внимание уделялось вопросу о роли геноцида в катынской трагедии. Тем не менее, по итогам дела в 2004 году было объявлено, что удалось установить гибель 1803 офицеров, из которых 22 опознаны.

Геноцид в отношении поляков советским руководством полностью отрицался. Генерал-прокурор Савенков комментировал это следующим образом: «в ходе предварительного следствия по инициативе польской стороны проверялась версия о геноциде, и моё твёрдое утверждение — говорить об этом правовом явлении нет никаких оснований». Польское правительство осталось недовольно результатами расследования. В марте 2005 года, в ответ на заявление ГВП РФ, польский сейм потребовал признания Катынских событий актом геноцида. Депутаты парламента Польши направили резолюцию в адрес российских властей, в которой потребовали от России «признать убийство польских военнопленных геноцидом» на основе личной неприязни Сталина к полякам из-за поражения в войне 1920 года. В 2006 году родственники погибших польских офицеров подали иск в Страсбургский суд по правам человека, с целью добиться признания России в геноциде. Точка в этом наболевшем вопросе для российско-польских отношений не поставлена до сих пор.