15/06/17
Легендарный вор Вася Корж: прошедший ад Колымы

«Одиннадцать побегов, десятки лагерей. Отсиженных полвека, нет дома и детей. Откинулся на волю, под 70 уже. Здоровье никакое - всё отдано тюрьме» - это стихи известного шансонье Андрея Зари  о легендарном воре в законе Васе Корже. Кем же был человек, проведший в тюрьме больше половины свей жизни и ставший иконой преступного мира?

Умный, добрый, справедливый

Об Александре Кочеве по прозвищу Вася Корж на разных сайтах, посвященных криминальной тематике, опубликован однотипный, словно под копирку, материал, ничего общего не имеющий с действительностью. По словам племянницы Коржа Марины, родился будущий авторитет 23 января 1919 года во Владивостоке. Семья Кочевых происходила из болгарских крестьян-переселенцев. Дома, где они жили уже нет - район застроен коттеджами и новостройками.

Родители-работяги приходили домой поздно вечером, так что Сашу и его брата «воспитывала» улица. Саша был умный, очень добрый и справедливый. Многие интернет-ресурсы пишут, что якобы с детства он промышлял карманными кражами, но согласно по семейной версии свой первый срок он получил вовсе не за это, а за драку из-за женщины. Кочев был направлен во владивостокскую тюрьму. Позже его отправили в пересыльный лагерь 3/10, располагавшийся в районе Моргородка.  Именно в нем ждали отправки на Колыму писатели Шаламов, Домбровский и Нарбут, генерал Горбатов, конструктор Королёв, автор "Крутого маршрута" Евгения Гинзбург, актер Жжёнов, поэт Мандельштам.

Обреченный рейс

Пароходы приходили на Чуркин, в район рыбного порта Владивостока, и заключенные лагеря 3/10 шли пешком через город на посадку, оттуда - на Колыму. Рейс был не из легких. По рассказам очевидцев, заключенных отправляли в самый низ тюрьма, где были восьмиярусные нары. Из рациона - селедка и хлеб. Но самое ужасное начиналось во время качки, когда пол заливала человеческая блевотина. В таких условиях люди лежали совершенно недвижимы, они не могли ничего есть. Однако дальнейшая жизнь, уже на Колыме, была намного хуже.

Александр Кочев  понимал, что на здесь он обречен. Бригадиры — отъявленные негодяи - били заключенных, главным для них было выполнение плана любой ценой. На Колыме в каждом лагере были две группировки — «суки» и воры. Воры держались особняком, сплоченно, в то время как между «ссученными» постоянно возникали разборки. Причиной могли стать неосторожное слово, обида, любой бытовой конфликт, но чаще повод даже не требовался. Общая озлобленность всех против выливалась в поножовщину.

«Ссученные» - инструмент власти любого лагерного начальства. Воры вели с ними постоянную войну. У воров была сильная поддержка в лице простых заключенных, поскольку воры все вопросы решали с точки зрения справедливости. К ним и примкнул Саша Кочев. Его били, помещали то в изолятор, то в барак усиленного режима.

Выиграть «сучью» войну

Изолятор — маленькая тюрьма внутри зоны. Обычно ее сооружают под лагерной вышкой, откуда лучше обзор. Здесь собирают тех, кто отказывается от работы, нарушителей режима. В сутки выдают 300 граммов хлеба и кружку теплой воды.
Однако даже в самых невыносимых условиях важно остаться человеком.

По воспоминаниям Вадима Туманова, отбывавшего когда-то срок на Колыме, "Вася Корж был одним из первых заключенных, с кем он познакомился и потом сблизился». «С Васей Коржом мы вместе провели в лагерях пять лет (с небольшими перерывами), в том числе полтора года на Широком. Он был одним из немногих, кто остался жив, пройдя сучью войну. Каждая клеточка его избитого, порезанного, израненного тела могла бы рассказать, чего это ему стоило. У него было множество побегов. Расскажу только об одном. Однажды летом, когда заключенные были в бане, Корж с Борей Барабановым выломали часть пола и через систему канализации выбрались на поверхность. Их поймали охранники, голых, мокрых, грязных, били ногами и прикладами. Били так, что вообще удивительно, как они остались в живых, отделавшись только поломанными ребрами. Это эпизод одного дня, а случались они постоянно все 50 с лишним лет, сколько Васька Корж провел в заключении", - вспоминал Туманов.

Как рассказывали близкие, Корж все время «был в побегах, побегах и побегах». Его часто перебрасывали из одного лагеря в другой. Связь с семьей стала обрываться. Родственники стыдились его и старались не поддерживать с ним никаких связей. Единственным человеком, которому Корж писал трогательные письма, была его племянница Марина. Но мать не давала девочке прочесть их - письма сразу шли на растопку.

Последние годы жизни Корж прожил в небольшом доме на окраине Харькова. Он был уже стар и болен, но время от времени воры из многих районов России собирались у него. Все знали, что старик, которому под 80, - ярый противник убийств. Этот его принцип, которому он был всегда верен, спас не одну жизнь.