08/12/18
Почему Гитлер называл советского художника Хариса Якупова личным врагом

Татарский художник Харис Якупов оказался одним из претендентов на уничтожение. Нацисты включили его в «Розыскной список», в который вошли люди, чем-то не угодившие нацистскому режиму и лично Гитлеру. Но чем же талантливый художник, никогда не встречавшийся с фюрером, мог ему насолить?

Третий фронт

В годы Великой Отечественной войны советская пропаганда воодушевляла и мотивировала и поднимала боевой дух советского народа. И хотя большая часть военного творчества Хариса Якупова носила документальный характер, его фронтовые заметки поддерживали моральный дух не хуже, чем ежедневные сводки Совинформбюро, в которых подробно перечислялись отбитые у врага населенные пункты и потери фашистов.

Дороги войны

Харис Якупов был призван в Красную Армию зимой 1940 года, а вернулся домой, в родную Казань, только в конце 1945-го. Всю войну он прошел, не расставаясь с альбомом и карандашом. Сначала времени на рисование не было вовсе, затем сержант Якупов начал выкраивать минуты во время привалов или по ночам, чтобы зарисовать увиденное за день.

День за днем альбом заполнялся торопливыми набросками. Возвращающиеся в освобожденный Катовице местные шахтеры бредут по дороге с черными от сажи лицами и сверкающими от слез радости глазами. Три пацаненка варят что-то на обед в немецкой каске после изгнания фашистов с орловской земли. Склоненная над раненым медсестра. Упряжка собак, тянущая пулемет, а чуть ниже – тело павшего бойца.

Многие рисунки сопровождались краткими заметками, которые уже после войны помогли Якупову написать пронзительные книги. Вверху одного из набросков торопливым почерком написано «Огромный и страшный!» – так лаконично художник описал впервые увиденный концлагерь «Гросслазарет» в Славуте.

В трех сохранившихся альбомах художника – целая галерея советских людей, «кующих» Победу: безусый паренек лет 16-ти с Орденом Славы, старый татарин-земляк с абсолютно седыми волосами и лучезарным взглядом, безымянные солдаты (минометчики, снайперы, танкисты). Имена многих не указаны, где-то есть только инициалы, а где-то подписано и звание, и полное имя. Большинство портретов сохранить не удалось, ведь часто сослуживцы отправляли рисунки Хариса домой вместо фотографии.

Доказательства побед

Со скрупулезной исторической точностью художник фиксировал происходящее. Выход из окружения в брянских лесах и Елец после уличных боев (1941), форсирование Десны и Днепра, бой под селом Менделевка, после Курской битвы (1943), штурм Тернополя, прорыв на Львовском направлении (1944). Затем были Польша, Чехословакия, Германия. День Победы Якупов встретил в Праге.

Интересно, что первый рисунок художник сделал в день освобождения Ельца. На наброске – пленный автоматчик. Молодой ефрейтор без шинели с красивым лицом и голубыми глазами, с раненой правой рукой и заметно замерзший, рассказал, какие городские дороги заминированы. Тема пленения немецких солдат была Якуповым неоднократно повторена. Бредущие сдаваться в плен немцы (1944) или фигуры ободранных, раненых, обмороженных, раненых, обессилевших и голодных уже обезоруженных солдат с подписью «Для них война кончилась» становились хорошими иллюстрациями сломленного духа воинов Третьего Рейха. Подбитые самолеты, искореженные танки, брошенные орудия – такие рисунки говорят сами за себя.

Встречаются и работы, не претендующие на документальность, но повышающие боевой дух не меньше. Например, карандашный рисунок, созданный по рассказу советского разведчика, демонстрирует, как целая рота фашистов, забравшаяся на бронетранспортер, в ужасе вскидывает руки вверх от команды двух наших всадников «Хенде хох!». Есть и работы, при взгляде на которые невозможно заглушить растущую жажду мести: «В германское рабство», «Мародёры», «Расстрел».

Сын Родины

В 1942 сержанта Якупова вызывает редактор газеты «Сын России» Михаил Луконин и сообщает о планах по изданию книги о Елецко-Ливенской операции «Наши герои». От художника, как непосредственного участника событий, требовался материал. Якупову не составило труда выбрать относящиеся к тому периоду готовые рисунки, а также сделать новые. Как вспоминал сам Якупов, ему удалось сделать портрет рядового Фомина, который в момент жаркого боя за Елец заменил раненого командира, был сам ранен, но до последнего оставался в строю.

Луконин также предложил сделать несколько иллюстраций для армейской газеты. На первом рисунке Якупов изобразил трогательную картину раздачи посылок с подарками от саратовцев. Бойцы с благодарностью разбирают шерстяные носки, мыло, табак.

Карикатура

Вторым рисунком Якупова для «Сына России» стала известная карикатура «Отступление на удобные позиции». На ней Гитлер, у ног которого мельтешит Геббельс, перечеркивает фразу «молниеносная война» и дописывает «отступление на более удобные позиции в связи с зимой».

Карикатуру напечатали в армейской газете в феврале 1942 с сатирическим четверостишьем главреда Луконина: «Как ни бреши, как ни плутуй,/В мешке не утаишь ты шила./Как ни вертись, как ни воюй,/Но ждет тебя одно – могила».

Серия карикатур на Гитлера была Якуповым продолжена. На одной – крошечный фюрер с кровавым топориком защищается от надвигающегося огромного серпа, молота и сияющей звезды. На другой – с подписью «Скоро! Гитлеру капут!» – диктатор в ужасе отстраняется от свисающей сверху петли. На третьей – подносит к голове пистолет, а алая надпись «Конец!» не оставляет сомнений в его намерениях.

Плакат

После рассказов жителей освобожденных городов и поселков о зверствах фашистских солдат у Якупова рождаются идеи для серии плакатов. Художник откликается на все злободневные темы. Так появляются плакаты, лозунги на которых не требуют комментариев: «Отомсти!», «Вставай, страна огромная!», «Помоги Сталинграду!», «Солдатское спасибо тылу», «Даешь Берлин!».

Особенный интерес представляет плакат «Отстоим Москву!», который фактически демонстрирует карту развертывания военных действий. На ней черными стрелками нанесены направления ударов на Москву и Тулу фашистских групп под командованием фон Бока и Гудериана. Вместо стрелки нашего контрудара – красный штык винтовки СВТ. Ее крепко держит в руках советский солдат, который с кличем «Ура!», устремляется навстречу противнику.

Исторических подтверждений, что Гитлер видел творчество Якупова, нет. Но нельзя исключать вероятность, что сатиру, плакаты и документальные зарисовки могли оценить нацистские пропагандисты во главе с Геббельсом. Силы изображенной правды было достаточно, чтобы включить Якупова в список главных врагов нацистской Германии.