24/11/18
«Походно-полевые жены»: были ли они у немцев на Великой Отечественной

В отличие от женщин-военнослужащих РККА, находившихся с мужчинами на переднем крае Великой Отечественной с первых дней войны, вольнонаемные немки вермахта де-факто получили статус военнослужащих только в конце 1944 года.
Но «спутницы» у гитлеровских солдат и офицеров тем не менее в той войне все же были. Но находились они исключительно в тылу боевых частей вермахта и предназначались эти женщины исключительно для «целевого употребления».

Когда нижние чины жалуются

Самое известное упоминание, касающееся решения «полового вопроса» вермахта в Великой Отечественной войне историки, исследующие эту щекотливую тему, связывают с мемуарами Франца Гальдера (в СССР его «Военный дневник» вышел в конце 60-х годов, еще при жизни Гальдера, умершего в апреле 1972-го). Бывший начальник сухопутных войск рейха, благополучно избежавший виселицы после Нюрнбергского процесса и спокойно доживший до 87 лет, в своем дневнике сетовал (запись датирована вторым (!) днем войны против СССР): быстрое передвижение дивизий вермахта по территории Советского Союза не тождественно темпам перемещения борделей – немецкие проститутки не успевают; нижние чины действующих частей по этому поводу возроптали.
Гальдер отнесся к этой проблеме как к стратегически важной: начальников тыловых служб взгрел служебными предупреждениями и приказал немедля передать в распоряжение передвижных борделей трофейный транспорт.

«Стационар» вместо окопов

Судя по сохранившимся архивным данным, сексуальное обеспечение военнослужащих вермахта было отлажено с истинно немецкой педантичностью – для них работали передвижные бордели, и они, как правило, обосновывались в крупных населенных пунктах, находящихся на удалении от линии фронта. На Украине, в оккупированном Николаеве и других близлежащих городах этой советской республики в 1941 – 1943 годах действовала группа Виктора Лягина «ЦЕНТР»; они за это время взорвали ингульский аэродром, разрушили портовые причалы, подожгли нефтебазу... Многих подпольщиков, в том числе и Лягина, гитлеровцы схватили и повесили.
Украинский журналист и историк Сергей Гаврилов спустя десятилетия после окончания войны, в 2011 году, отыскал и расспросил последнюю оставшуюся в живых подпольщицу «ЦЕНТРа» Галину Лермонтову. Она в оккупации была администратором в столовой люфтваффе. Один из вопросов к ветерану войны касался взаимоотношений немецких офицеров с украинскими девушками и женщинами. Лермонтова ответила так: бывало всякое, но чаще на интим соглашались исключительно потому, что детям дома нечего было есть. А гитлеровские офицеры производили впечатление роботов – в столовую они ходили есть, в прачечную – сдавать белье, в бордель – за удовлетворением половых потребностей. Никаких романов и интрижек, ухаживаний и флирта – и намеков таких с их стороны не замечалось – сплошной ordnung (нем. «порядок).
В Николаеве базировалась 13-я армия вермахта. По воспоминаниям местного жителя, тогда 13-летнего подростка Вячеслава Острожко, гитлеровцы завези в их город для борделя немок-проституток. Позднее в эти публичные дома начали сгонять и светловолосых украинок, внешне напоминавших представительниц арийской расы.

Критерии немецких «ППЖ»

Немецкая скрупулезность позволила историкам отследить основы системного подхода в вермахте к отбору кандидаток в военные бордели и четкое распределение обязанностей проституток, в том числе их календарный «трудовой график» – сохранились соответствующие документы. Существовало три категории проституток – для солдат, унтер-офицеров и офицеров. Солдатской «жрице любви» предписывалось обслужить до 600 человек в месяц, офицерской – в 3 раза меньше. В бордели изначально, еще до начала Великой Отечественной войны, начали набор чистокровных немок, и брали далеко не каждую – предпочтение отдавали физически здоровым, внешне привлекательным, обращали внимание даже на манеры. Им платили по 700 рейхсмарок в месяц, выплачивалась страховка, армейские проститутки обеспечивались ежегодным оплачиваемым отпуском и другими социальными благами. Вместе с тем, для борделей существовал жестко регламентированный распорядок работы в передвижных публичных домах. Как в тюрьме – все по часам, – завтрак, обед, ужин, медосмотр, работа, отдых….
Для сравнения: в своих воспоминаниях «Жизнь и смерть на Восточном фронте» выживший во Второй Мировой австриец Арвин Шейдербауэр пишет, что его ежемесячная лейтенантская зарплата составляла 220 рейхсмарок.