08/12/18
Самая ужасная военная традиция: почему после взятия города солдаты становились насильниками

Война всегда подразумевает насилие, и не важно мужчина перед агрессором или женщина. Но если солдат противника для него только враг, то женщина еще и желанный трофей.

Не только биология

Изнасилования на войне — это не просто акт индивидуальной или коллективной агрессии, вызванный естественными физиологическими потребностями. Конечно, биологический фактор, выражающийся в природном для мужчины сексуальном влечении, играет здесь определяющую роль, однако в условиях войны он уже превращается в социальный феномен. В ряде случаев массовые изнасилования служат военно-политическим инструментом.

Наглядным примером может стать эпизод из Тридцатилетней войны, когда в 1631 году войска баварского фельдмаршала Иоганна Тилли, вторгшись в столицу Саксонии Магдебург, вырезали там практически все население. Пощадили лишь женщин: самых красивых пригнали в военный лагерь, где солдаты совершили над ними акт показательного изнасилования.
Гораздо позже, во время процесса над нацистскими преступниками в Нюрнберге французская сторона предъявила документы, которые свидетельствовали, что вермахт использовал массовые изнасилования в качестве возмездия за операции французского Сопротивления.
Насилие над женщинами во время войны стало настоящим ритуалом. В таких условиях недостаточно удовлетворить физиологическую потребность по обоюдному согласию, нужна демонстрация неограниченной власти и превосходства. Вот почему нацисты, не испытывавшие на фронте недостатка в проститутках, постоянно требовали представительниц покоренного местного населения.

Желанный трофей

Изнасилования всегда были безусловным правом победителя, своеобразным трофеем, венчавшим опасный и тернистый путь к завоеванию. Зачастую женщина поверженного врага была более желанным призом, чем выпивка, провиант, ценности или оружие. Об этом неизменном атрибуте войны известно с библейских времен.
Так, в Ветхом Завете говориться, как вовремя конфликта между израильтянами и вениамитянами первые уничтожали на своем пути все: имущество, скот, людей, истребили они и почти всех женщин, оставив для себя только девственниц.
Нередко обещание дать на откуп победителей женщин служили дополнительным стимулом, побуждавшим завоевателей штурмовать крепостные стены. К примеру, осаждавший Трою греческий военачальник Агамемнон из гомеровской «Илиады» призывал Ахилла продолжить борьбу, а в награду сулил ему всех троянских женщин, которые будут уступать красотой лишь Елене.
Из письменных источников известно, что массовые изнасилования происходили при взятии всех крупных городов. Так было при падении Рима и Константинополя. При захвате «Вечного города» вандалы не только подвергли его масштабному разграблению, но устроили настоящую охоту за знатными римлянками.

Уязвимый пол

Историю массовых изнасилований в военное время нельзя отделять от насилия как такового: слабый пол для агрессора являлся просто более доступным объектом для вымещения злости и достижения превосходства. Эксперт по международному гуманитарному праву Маделен Моррис уверена, что сама специфика обстановки военного времени не только делает женщин уязвимыми перед агрессорами, но и поощряет сексуальные насилия.
По словам Моррис, на войне происходит трансформация личности: она теряет свою индивидуальность и солидаризируется с доминирующими настроениями, царящими в армейской среде, где любое насилие оправдано. Насколько солдаты способны защищать своих женщин, настолько они могут проявлять агрессию в отношении женщин врага.
На войне не существует пола. Женщины воспринимаются лишь как часть враждебного социума, пусть и менее защищенная, чем мужчины. Нет на войне и места слабости. Здесь царит извечное противостояния маскуслинности и феминности: сексуальный акт, как символическое убийство – призван подтвердить статус сильнейшего.

Недооцененный орган

Если тяге к насилию на войне подвержены люди ведущие вполне благопристойную жизнь в мирное время, то что говорить о лицах с низкой социальной ответственностью, для которых доступность слабого пола в экстремальных условиях становится стимулом к воплощению самых извращенных желаний. Множество шокирующих примеров нам дает поведение немецких солдат в отношение советских женщин во время Второй мировой.

Особенно это справедливо в отношении стран, где сексуальная культура не подчинена нормам цивилизованного общества. В 1936 году японцы ужаснули мир кровавой резней и массовыми изнасилованиями в китайском Нанкине. По воспоминаниям китаянки Вонг Пэн Цзе, пережившей те страшные дни, «японцы насиловали всех по многу раз». После очередного изнасилования одной из женщин, японец «стал тыкать стеблями тростника ей во влагалище, и она от этого умерла».
Американская писательница Наоми Вульф в книге «Вагина: новая история женской сексуальности» отмечает недооцененное значение вагины в жизни женщины, которая в том числе влияет и на процессы в головном мозге. Приводя примеры массовых изнасилований в охваченных мятежами странах Африки, Вульф акцентирует внимание на том, что женщин не просто насиловали, а намеренно травмировали, отрубая конечности и нанося повреждения половым органам. «С жертвами изнасилований произошло нечто такое, из-за чего в них погас огонь», – сообщает Вульф.

Писательница считает, что это были не единичные акты, а стратегия ведения войны во многих африканских странах. По ее словам, приказы о нанесении повреждений женщинам отдавали командиры, и у солдат было на выбор всего два варианта: либо подчиниться, либо застрелиться. Вульф пишет, что изнасилования и увечья травмировали женщин не столько физически, сколько психологически. Такая травма навсегда оставляет отпечаток в сознании женщины, и даже после излечения женщина становится слабее, апатичнее, ей легче управлять и подчинять своей воле, – заключает она.