09/09/18
Словацкая Советская республика: как словаки хотели вступить в СССР

В Чехословацкой республике, образованной в 1918 году на обломках Австро-Венгрии, проводилась систематическая политика по ассимиляции словаков. Официальная идеология настаивала на том, что чехи и словаки это один народ. Национальные различия между ними игнорировались, единственным государственным языком повсеместно был чешский. Всё это вызывало недовольство словаков.

Желанная, но фиктивная независимость

Раздел Чехословакии, устроенный Гитлером в 1938-1939 гг., встретил воодушевление среди значительной части словаков. 15 марта 1939 года в Братиславе была провозглашена независимость Словакии.

Правда, за эту «независимость» Словакии пришлось заплатить уступкой части своей территории Венгрии и вхождением в вассальную зависимость от нацистской Германии. Гитлер требовал уплаты дани кровью, и Словакии пришлось выставить армейский контингент для участия в войне против СССР. Недовольство этими «союзническими отношениями» нарастало, и при приближении Красной армии к границам Словакии, 29 августа 1944 года, во многом стихийно, началось Словацкое национальное восстание.

Массовой силой восстания стали части регулярной словацкой армии, а в его политическом руководстве с самого начала находились представители самых различных партий, а не только одни коммунисты. Тем примечательнее, что в Словакии были сильны настроения, направленные к установлению государственного союза с СССР, а не с Чехией.

Официальная позиция Сталина, подтверждённая договорами с союзниками и с эмигрантским чехословацким правительством Э. Бенеша, была однозначной: восстановление единой Чехословацкой республики (ЧСР). Словацкий национальный совет по руководству восстанием, вышедший из подполья 1 сентября, также провозгласил восстановление ЧСР.

Военный министр предлагал свои услуги Сталину

Однако восстанию предшествовали любопытные политические манёвры. Военный министр Словакии Фердинанд Чатлош ещё в начале августа переправил через словацких коммунистов предложение Москве. Чатлош брался организовать силами армии антинацистский государственный переворот. Взамен СССР должен был признать независимость Словакии и не настаивать на её вхождении после войны в ЧСР. Чатлош ручался, что Словакия будет всегда состоять в тесном военно-политическом союзе с СССР. Чатлош поставил в известность о своих контактах главу пронацистского правительства Словакии Йозефа Тисо и пытался заинтересовать его своим планом. Но Тисо отклонил его, хотя и не отправил министра в отставку. В Москве меморандум Чатлоша был отвергнут.

Тем не менее, Чатлош, вместо того, чтобы, как было положено ему по должности, сотрудничать с немцами и заняться подавлением восстания, 2 сентября сдался повстанцам. 13 сентября, по его просьбе, он был доставлен в Москву. В Москве, однако, заявили, что «не нуждаются в услугах квислингов», и посадили министра в Бутырскую тюрьму. После войны Чатлоша судили в Чехословакии и приговорили к пяти годам тюрьмы (впрочем, уже в 1948 году его досрочно освободили). Чатлош, по сравнению с Тисо, ещё легко отделался. Главу пронацистской Словакии американцы после войны выдали Бенешу. Тисо казнили в 1947 году.

Любопытно, как могли бы развиваться события, если бы Сталин принял предложение Чатлоша? Ведь Красная армия не сумела оказать помощь словацкому восстанию, в котором участвовали не все силы словацкой армии (большинство её просто разошлось по домам), встретив ожесточённое сопротивление немцев на карпатских перевалах, и к концу 1944 года восстание было в основном подавлено. А если бы во главе восстания с самого начала находился военный министр? Это могло быть похоже на то, как от союзников Германии в августе 1944 года, благодаря государственному перевороту отпала Румыния, и вступление советских войск в эту страну стало триумфальным шествием. Но повторить такое в Словакии оказалась не судьба.

Словацкая ССР?

Многие представители левых сил, в том числе и не коммунисты, опасались, что после восстановления единой Чехословакии, возобновятся прежние притеснения словацкого языка. Словакам не будет возможности выдвинуться в государственную элиту, Словакии не предоставят автономного статуса, её будут целенаправленно сохранять отсталой аграрной окраиной страны. В Словацком национальном совете были очень разочарованы тем, что предложения Чатлоша не встретили в Москве позитивного отклика.

В информации, которую руководство компартии Словакии во главе с Густавом Гусаком в сентябре 1944 года направило в Москву, говорилось, что массовые настроения словаков не благоприятствуют лозунгу восстановления Чехословакии. Выдвигалось два варианта послевоенного решения вопроса о государственном устройстве. Первый – единая Чехословакия вступает в СССР (в меморандуме говорилось об «объединении Чехословакии с Россией»). Если же это невозможно, то советскому руководству предлагалось рассмотреть вариант принятия отдельно Словакии в состав Советского Союза как союзной республики.

О популярности идеи вхождения Словакии в СССР говорит и такой факт. В октябре 1944 года на освобождённой повстанцами территории открылась конференция профсоюзов. Г. Гусак, обязанный проводить сталинскую линию, произнёс речь о восстановлении единства ЧСР. Она была встречена возгласами: «Мы хотим не Чехословакии, а вступления в СССР!». Эти возгласы, в отличие от речи руководителя коммунистов, были покрыты аплодисментами.

Примечательно, что следование сталинской линии на сохранение единой Чехословакии не спасло Гусака после войны от репрессий со стороны чешских коммунистов. В 1950 году Гусак был обвинён в «словацком национализме», а в 1954 году приговорён к пожизненному тюремному заключению. Только в 1960 году он был освобождён и реабилитирован, а в 1969 году, после того, как в составе Чехословакии была наконец-то образована Словацкая республика, стал руководителем Чехословакии.

Позитивная реакция Москвы на стремления словаков могла обострить отношения Сталина с западными союзниками, а также породить сильные антисоветские настроения у чехов. Поэтому есть версия, что Сталин не торопился с наступлением своих войск, чтобы дать немцам возможность разгромить словацкое восстание и не иметь потом проблем с включением Словакии в состав единой Чехословакии.