В самом сердце России, там, где сегодня шумят подмосковные электрички и тянутся калужские поля, когда-то жило племя, о котором мы почти ничего не знаем. Голядь. Балты среди славян, чужаки в собственной земле. Их имя мелькнуло в летописях всего два раза — и исчезло. Ни царств, ни эпоса, ни даже ясного портрета.
Два упоминания в летописях — и тишина
Первое известие о голяди датируется 1058 годом. «Повесть временных лет» сухо сообщает: киевский князь Изяслав Ярославич «победил голядь». Куда именно ходил князь — в Прибалтику или уже на Протву, — до сих пор спорят. Второе, более точное, относится к 1147 году. Черниговский князь Святослав Ольгович, по приказу Юрия Долгорукого, «взя люди Голядь верх Поротве» — то есть в верховьях Протвы. Это уже не поход на чужую землю, а рейд по своей. Голядь жила внутри древнерусских княжеств, между вятичами и кривичами, и платила дань. Больше летописи о них не говорят. Как будто племя просто растворилось после 1147 года. Но это не так. Археологи и лингвисты находят их следы гораздо глубже и шире.
Верховья Протвы — последняя крепость днепровских балтов
Основная территория голяди — верховья Протвы, левого притока Оки. Сегодня это юг Московской области (Серпуховский, Чеховский районы), север Калужской (Боровский, Жуковский) и частично Тульская. Именно здесь сходились границы вятичей и кривичей. Голядь оказалась зажата между ними, как островок старого балтского мира в славянском море. Валентин Васильевич Седов, крупнейший специалист по раннеславянской археологии, считал голядь последним осколком огромного массива днепровских балтов, которые ещё в железном веке занимали среднее Поднепровье, верховья Оки и Десны. По его мнению, это был не пришлый народ, а коренное население, дожившее до XII века в лесной глуши.
Мощинская культура: балты, которых мы не знали
Археологический след голяди спорен, но наиболее убедительная гипотеза связывает их с мощинской культурой IV–VII веков. Памятники этой культуры — городища, селища, курганы с трупосожжениями — разбросаны именно в верховьях Оки и Протвы. Седов прямо писал: носители мощинской культуры — это и есть голядь русских летописей.
Черное море: почему оно считается самым плохим в мире
Они хоронили умерших по балтскому обряду, носили характерные украшения, близкие к прусским и литовским. Язык их, по реконструкциям В.Н. Топорова, был западнобалтским, родственным прусскому. Этноним «голядь» он выводил от балтского *gal- — «край, конец», то есть «пограничные люди». Как будто само имя говорило: мы последние балты на востоке.
Как они стали русскими
К концу X века славяне уже плотно обживали эти земли. Вятичи шли с юга, кривичи — с запада. Голядь не воевала до последнего — она просто смешивалась. Браки, торговля, дань, христианство. К XII веку балтский язык, скорее всего, уже уходил: дети говорили по-славянски, бабушки — ещё по-старому. В 1248 году на Протве убивают московского князя Михаила Хоробрита «от Литвы». Седов считал, что эта «литва» — прямые потомки голяди, уже частично обрусевшие, но ещё помнившие своё. К XV веку процесс завершился. Московские князья ставили здесь крепости, переводили крестьян на новые земли, и старое племя окончательно растворилось. Не было резни — было постепенное поглощение. Так исчезли меря, мурома, весь. Так исчезла и голядь.
Топонимы, которые помнят
Но память осталась в названиях. В Дмитровском районе Московской области до сих пор стоит деревня Голяди — небольшая, тихая, у истоков Бунятки. Ещё одна Голяди была в Клинском районе — в советское время её переименовали в Папивино, но старожилы помнят. В черте самой Москвы течёт речка Голедянка (Голяданка) — левый приток Нищенки. В Калужской области есть Гольтяево в Боровском районе. В Брянской — бывшее Голяжье (ныне Отрадное) и Голядино. Географ Евгений Михайлович Поспелов объяснял эти названия просто: там, где жили группы голяди, славяне так и называли места — «Голяди». Даже когда самих голядей уже не было.
Предки среди нас
Сегодня отдельного народа «голядь» не существует. Их прямые потомки — это мы, русские Центральной России. Антропологи отмечают в населении Подмосковья и Верхнего Поочья лёгкий балтский субстрат: чуть более светлые глаза и волосы в среднем, чем у южных русских. Лингвисты находят в местных говорах слова с балтскими корнями. Генетики пока говорят осторожно, но древняя ДНК из мощинских могильников показывает смешение балтского и славянского компонентов именно в этих местах. Голядь не ушла — она стала частью русского народа. Её предки живут в каждом, кто родился между Окой и Волгой, кто пьёт воду из Протвы и ходит по земле, которую когда-то называли голядской.
