Русский человек, впервые попавший в немецкую баню, проходит три стадии: отрицание, гнев и принятие. Сначала он не верит глазам. Потом возмущается. А под конец, застилая двухметровым полотенцем деревянную скамью, ловит себя на мысли, что всё это — нагота, смешанные компании, ритуальные взмахи опахалом — вдруг перестало казаться странным.
Но чтобы дойти до третьей стадии, придётся переосмыслить слишком многое. Начиная с того, что немецкая баня и русская — две разные философии, которые лишь по недоразумению называются одним словом.
Баня без границ
Германия — страна термальных источников. Вокруг них веками вырастали курорты, а вокруг курортов — культура публичного омовения, не знающая гендерных перегородок. Совместный поход в баню для немцев столь же естественен, как для нас — раздельные дни. И дело не только в экономии дров (хотя исторически и в ней тоже). Дело в отношении к телу: немцы не считают его источником стыда.
Из примерно тысячи общественных бань Германии лишь треть предлагает «женские дни». Остальные работают в смешанном режиме круглый год. Мужчины, женщины, дети — все вместе парятся, охлаждаются в ледяных пещерах, пьют чай в зонах отдыха. И все без исключения — голые.
Купальники, плавки, шорты — табу. Синтетика при нагреве выделяет вредные вещества, мокрая ткань мешает терморегуляции, а главное — она создаёт ненужный барьер. Немецкая баня — это пространство абсолютной открытости. Хочешь прикрыться? Только хлопковое полотенце. И никакой обуви.
Главное — гигиена
Но нагота наготе рознь. Немецкая баня — не нудистский пляж. Здесь действуют строгие правила приличия, и связаны они не со стыдливостью, а с гигиеной.
Голое тело не должно касаться дерева. Ни скамьи, ни пола, ни стен. Каждый посетитель приносит с собой полотенце длиной не менее двух метров — им застилают лежак, на него садятся, им же промокают пот. Если полотенце мало, если оно сползает, если вы оставили мокрый след на досках — вы нарушили закон. Не юридический, но общественный. Немцы этого не любят.
Как в Германии после войны относились к немецким военнопленным, вернувшимся домой из ГУЛАГа
При этом разглядывать чужие тела, хихикать, перешёптываться или, упаси боже, фотографировать — верх неприличия. В бане не смотрят по сторонам. Там отдыхают.
Ауфгусс: спектакль для парильщиков
Самое зрелищное, что происходит в немецкой бане, — это ауфгусс. Процедура, которую в России часто путают с обычным поддаванием пара, на самом деле — перформанс.
Банщик (обычно это сертифицированный специалист, а не случайный работник) выбирает масло — апельсин, эвкалипт, мёд, хвою — и выливает разведённую эссенцию на раскалённые камни. Затем начинается магия: огромным веером, полотенцем или мешочком с сеном он разгоняет пар по потолку, постепенно опуская его всё ниже, накрывая гостей горячими волнами. Это требует не только физической силы, но и чувства ритма.
Хороший ауфгусс длится от шести до двадцати минут. В это время нельзя вставать, выходить, хлопать дверью. Немцы приходят заранее, занимают места и терпеливо ждут. Шуметь нельзя. Разговаривать — шёпотом. Некоторые банщики развлекают публику шутками, но чаще процедура проходит в тишине, прерываемой лишь шипением пара и вздохами удовольствия.
После ауфгусса полагается чай, мороженое или фрукты. Всё включено.
Русский веник против немецкого веера
Удивительно, но немцы любят русскую баню. Они искренне восхищаются вениками, контрастными обливаниями и способностью наших соотечественников терпеть адский жар. Им кажется, что в русской парной они прикасаются к чему-то архаичному, почти шаманскому.
Мы же в их банях часто чувствуем себя неловко. Нам кажется, что от нас чего-то ждут, что мы должны смущаться или, наоборот, демонстративно не смущаться. На самом деле от нас ждут только одного: соблюдения правил. Не глазей. Застилай полотенце. Не ори. Получай удовольствие.
Это и есть главный урок немецкой бани. Нагота — не повод для стресса. Это повод перестать о ней думать.
