В августе 1991 года, когда Михаила Горбачева изолировали в Форосе, а ГКЧП попытался вернуть СССР в советское прошлое, мировые лидеры разделились на два лагеря. Большинство ждали. Но два человека — Муаммар Каддафи и Саддам Хусейн — поспешили признать новых хозяев Кремля. Для иракского диктатора это был не просто политический жест, а личная месть. Всего полгода назад Горбачев, которого московские демократы окрестили «Михаилом Сергеевичем Хусейном», нанес Саддаму удар в спину. История их отношений — это история предательства, геополитических кульбитов и краха старых союзов.
Друг детства советской дипломатии
К 1990 году Советский Союз и Ирак связывало больше, чем просто партнерство. Историк Владимир Бессонов называл Саддама Хусейна «чудовищем, выросшим на советских дрожжах». Партия БААС, которую возглавлял Хусейн, когда-то тяготела к марксизму, Москва поставляла Багдаду оружие, обучала кадры, в Ираке работали 5 тысяч советских специалистов с семьями. Хусейн был если не другом, то ценным союзником на Ближнем Востоке.
Но летом 1990 года Саддам совершил роковую ошибку. Обвинив Кувейт в воровстве нефти, он приказал армии оккупировать соседнее государство. 4 августа была провозглашена марионеточная республика, а к концу месяца Ирак объявил Кувейт своей 19-й провинцией. Мир замер. Саддам рассчитывал, что Москва его прикроет.
Выбор Горбачева
Для Михаила Горбачева ситуация оказалась ловушкой. С одной стороны, поддержка Саддама могла дать СССР мощный козырь в противостоянии с нефтяными монархиями Залива — теми самыми, которые в 1985 году обрушили цены на нефть и спровоцировали советский экономический кризис. С другой — Горбачев уже встал на путь «нового политического мышления» и односторонних уступок Западу. Берлинская стена пала, Восточный блок рухнул, президент СССР явно рассчитывал на ответные любезности от Вашингтона и лично Джорджа Буша-старшего.
В итоге Горбачев сделал выбор, который удивил многих. В августе 1990 года в аэропорту Внуково министр иностранных дел СССР Эдуард Шеварднадзе и госсекретарь США Джеймс Бейкер зачитали совместное заявление с осуждением Ирака. Бейкер позже назвал этот момент «последним вздохом Холодной войны». Советский Союз и Соединенные Штаты впервые после 1945 года выступили единым фронтом против страны, которая еще вчера считалась советским союзником.
20 ноября 1990 года 11 членов Совбеза ООН поддержали резолюцию с требованием вывести иракские войска из Кувейта до 15 января. Против голосовали только Йемен и Куба — старый советский союзник, который, видимо, не успел перестроиться. Китай воздержался.
Ультиматум и бомбежки
Саддам не подчинился. Он рассчитывал до последнего, что Москва наложит вето. Не наложила. Более того, Шеварднадзе пригрозил: если пострадает хоть один советский специалист в Ираке, последствия будут серьезными. Хусейн чувствовал себя преданным.
Когда 17 января 1991 года коалиция во главе с США начала бомбить Багдад, Горбачев выступил с заявлением, выразив «глубокое сожаление». Но было поздно. По данным The New York Times, в иракском руководстве Хусейн разразился гневной тирадой: «Он обманул нас! Я знал, что он нас предаст. Мошенник!»
Имя Горбачева в Багдаде надолго стало ругательным. Советский президент, в свою очередь, относился к бывшему союзнику пренебрежительно. Когда в феврале 1991-го из разрушенного Ирака вернулся дипломат Евгений Примаков, Горбачев спросил: «Что там твой Саддам, сбежал уже или еще хорохорится?»
Месть Саддама
Шанс ответить представился быстрее, чем можно было ожидать. В августе 1991-го в Москве произошел путч. Горбачев оказался в изоляции в Форосе. ГКЧП объявил о переходе власти к себе.
Саддам Хусейн, как и ливийский лидер Муаммар Каддафи, не колебался ни секунды. Они стали одними из немногих мировых лидеров, официально признавших новый режим. Для Саддама это был жест отчаяния и одновременно торжества: человек, предавший его полгода назад, сам стал жертвой предательства.
Путч провалился. Горбачев вернулся в Москву, но ненадолго — его политическая карьера уже клонилась к закату. А Саддам остался у власти еще на десятилетие, пережив и «Бурю в пустыне», и годы санкций.
