Арест Лаврентия Берии до сих пор остаётся одной из самых загадочных страниц послесталинской истории. Исследователи, обращаясь к этому сюжету, неизменно натыкаются на череду странностей — от неубедительных фотографий арестованного до отсутствия обязательных процедур следствия. Всё это породило устойчивую версию: к моменту формального взятия под стражу Берия, возможно, уже был мёртв.
Сценарий, написанный заранее
По данным историка Владимира Кучина (автора «Всемирной волновой истории»), подготовка к аресту началась ещё до возвращения Берии из Берлина. Ещё 18 июня 1953 года Никита Хрущёв вёл переговоры с ключевыми соратниками, в первую очередь с министром обороны Николаем Булганиным. Операция была тщательно спланирована, и 26 июня, согласно официальной версии, Берию взяли под стражу прямо на заседании Президиума ЦК КПСС. Группу захвата возглавил Георгий Жуков, опиравшийся на офицеров Московского округа ПВО.
Судебный процесс над Берией и его ближайшими соратниками начался 18 декабря 1953 года. Как пишет Сергей Новиков в «Большой исторической энциклопедии», им инкриминировали организацию массовых репрессий в сталинские годы, подготовку государственного переворота после смерти вождя и ряд других преступлений. Слушания длились всего несколько дней. Берия признал вину лишь частично. Специальное судебное присутствие Верховного суда СССР приговорило его к расстрелу с конфискацией имущества и лишением наград. Казнь, по официальной версии, состоялась в тот же день — 23 декабря 1953 года.
Что отсутствует в деле
Странности начались ещё до суда. Одна из главных загадок — отсутствие дактилоскопии арестованного. Как отмечает Заза Цквитария в книге «Берия без лжи. Кто должен каяться?», стандартную процедуру снятия отпечатков пальцев так и не провели. Этот факт подтвердил и прокурор Андрей Сухомлинов, досконально изучавший материалы дела. Алекс Громов в книге «Нарком Берия» делает следующий шаг: по его мнению, дактилоскопию не делали именно для того, чтобы избежать официального медицинского освидетельствования смерти.
Не менее загадочна и ситуация с фотографиями. По установленным правилам, в уголовное дело должны были подшить два снимка арестованного — анфас и в профиль. У соратников Берии (например, Богдана Кобулова) такие снимки есть. У самого же Лаврентия Павловича — нет. В деле фигурирует лишь один снимок в три четверти, который Сухомлинов назвал «комичным». Цквитария обращает внимание, что на фото запечатлён явно более молодой Берия. Елена Прудникова (книга «1953. Смертельные игры») выдвигает версию: фотографию изъяли во время обыска из семейного архива и уже потом подшили в дело. Если это так, то к моменту «официального» ареста Берия, скорее всего, был уже мёртв.
Бункер, пальто и отсутствие очных ставок
Бывший нарком содержался в бункере штаба Московского военного округа. Машинистка Екатерина Козлова, работавшая там, рассказывала: окна помещения закрасили белой краской, а на немногочисленные прогулки узник выходил в пальто и шляпе, надвинутой на глаза, глядя исключительно себе под ноги. Это породило версию о возможной подмене — настоящего Берии к тому времени уже не было в живых.
Ещё одна процессуальная странность: в ходе следствия не провели ни одной очной ставки. Историк Борис Соколов (книга «Двуликий Берия») называет следствие поверхностным и отмечает, что важные обстоятельства дела не изучались глубоко. Впрочем, сам Соколов не разделяет версию о немедленной гибели наркома в день ареста. Он полагает, что Берия действительно находился в бункере (на что указывают письма из заключения), а халатность следователей объясняется просто: участь подследственного была предрешена, и тратить силы на полноценное расследование не имело смысла. Однако Соколов не исключает, что расстрел мог состояться раньше официально объявленной даты.
