Образ аскетичных революционеров, живших на скудные партийные гонорары и случайные заработки, — один из самых устойчивых в истории. Но жизнь Владимира Ленина и Надежды Крупской в эмиграции порой зависела от источника, о котором вспоминают нечасто: от скромного наследства дальней родственницы. История этих денег, их странного постоянства и официальных объяснений напоминает детектив с не до конца ясной развязкой.
Неожиданная «капиталистка»: наследство из Новочеркасска
После смерти отца, Надежда Крупская осталась вдвоём с матерью, Елизаветой Васильевной, которая следовала за дочерью и зятем даже в ссылку и эмиграцию. В 1913 году, когда семья находилась за границей, пришло неожиданное известие: в Новочеркасске скончалась родная сестра Елизаветы Васильевны, Ольга Тистрова, бывшая классной дамой.
Последний хан Хорезма: почему он работал ночным сторожем в Кривом Роге
Как пишут биографы, тётушка оставила сестре и племяннице наследство: 4000 рублей (сумма, скопленная за 30 лет учительского труда), а также «серебряные ложки, иконы и оставшиеся платья». Надежда Константиновна, по воспоминаниям современников, отзывалась о нём с «наигранной усмешкой», будто это была незначительная сумма. Однако дальнейшие события показали, что для семьи Ульяновых эти деньги стали серьёзным финансовым подспорьем.
Венский маклер и «несгораемая» сумма в 2000 рублей
Наследство перевели в банк в Кракове. Чтобы получить его, пришлось воспользоваться услугами венского маклера, который, как вспоминала сама Крупская, взял за работу ровно половину — 2000 рублей.
Оставшиеся 2000 рублей, по словам Крупской, стали основным источником существования семьи на протяжении нескольких лет, включая трудный период Первой мировой войны. На них жили вплоть до знаменитого возвращения в «пломбированном вагоне» в 1917 году. .
«Несгораемые» 2 тысячи
Все бы ничего, но даже после 1917 года сумма в 2 тысячи рублей, оставшаяся от наследства после оплаты услуг венского маклера, продолжала фигурировать во многих объяснениях Надежды Крупской, если ставился вопрос: «Откуда деньги?». Так, Крупская писала, что во время обыска в Петербурге в июле того же 1917 года по обвинению Владимира Ульянова в шпионаже на Германию нашли те самые остатки былого наследства. Эти наличные средства были причислены к доказательствам вины подозреваемого. Между тем, Ярослав Козлов и Владимир Корнеев, авторы издания «Правда о Ленине», утверждают, что тогда были обнаружены снова 2 тысячи рублей. Получается, что после нескольких лет трат сумма почему-то не уменьшилась.
Как считает Ева Фляйшхауэр, автор издания «Русская революция. Ленин и Людендорф (1905-1917)», на наследство тетушки чета Ульяновых ссылалась не только в Петербурге, но еще в Швейцарии, куда супруги перебрались из Кракова. Надежда Крупская писала: «В Кракове удалось довольно быстро получить право выехать в Швейцарию. Надо было устроить кое-какие дела». Кроме того, Николай Валентинов в своей книге «Малоизвестный Ленин» упоминал о злополучных 2-х тысячах рублей, которые опять в полной сумме вдруг оказались на текущем счете Крупской в Азово-Донском банке. Именно столько было на чековой книжке No 8467 этого банка, которую изъяли у Надежды Константиновны при попытке арестовать Ленина.
