14/04/21
Генрих Гофман: был ли личный фотограф Гитлера советским шпионом

Весной 1943 года главари Третьего Рейха возлагали большие надежды на успех готовящейся операции «Цитадель». Однако для Кремля планы Гитлера не были тайной. Информацию о готовящемся наступлении на Курской дуге передал через швейцарского резидента Рудольфа Рёсслера некий «агент Вертер», имевший доступ к высшему руководству Германии. Есть немало догадок о том, кем мог быть «Вертер», но самая неожиданная из них указывает на Генриха Гофмана – личного фотографа Адольфа Гитлера.

Странности биографии

Главной исторической «уликой» против Гофмана является его личное знакомство с Рудольфом Рёсслером. Они повстречались во время Первой мировой войны, когда оба служили в кайзеровской армии. После 1918 года пути ветеранов разошлись – Рёсслер поселился в Берлине, а Гофман вернулся в Мюнхен.

Хотя фотограф стал членом нацистской партии уже в 1920-м году, в его сближении с восходящим политическим лидером Адольфом Гитлером угадываются корыстные мотивы. Например, Гофман не препятствовал связи Гитлера со своей дочерью Генриеттой, известной тогда в Мюнхене «девушкой лёгкого поведения».

«Среди соратников Гитлера бытовало мнение, будто Гитлер совершил с Хенни какую-то сексуальную непристойность и купил молчание Гофмана, даровав ему эти эксклюзивные права», – писал психоаналитик Уолтер Лангер в книге «Мышление Адольфа Гитлера».

Второй раз Гофман выступил в качестве сводника, познакомив Гитлера в 1929 году со своей 17-летней помощницей Евой Браун, которая некогда позировала для эротических фотосессий в его студии.

В личной жизни Гитлера Гофман, таким образом, сделался весьма важным человеком, из-за чего у фюрера даже ухудшились отношения с некоторыми родственниками. На правах «придворного» фотографа Гофман обедал и ужинал в компании вождя нацистов. Так как Гитлер любил поболтать во время вечерних застолий, его мысли и желания были перед Гофманом как на ладони. Планируя летнее наступление под Курском, Гитлер собирался окружить советские части, чтобы отомстить за позорное для Рейха пленение армии Паулюса в Сталинграде.

Более того, Генрих Гофман мог знать даже чисто военные подробности готовящейся операции, так как он сопровождал фюрера на совещаниях в Генштабе и Рейхсканцеляии. Эсэсовцы никогда не подвергали Гофмана обыскам, а значит, у него была возможность незаметно вынести документы. Кроме того, у фотографа имелась и самая настоящая шпионская фотоаппаратура, которую можно было незаметно спрятать в одежде.

Отношение к нацизму и коммунизму

В книге мемуаров «Гитлер был моим другом» Генрих Гофман стремился отмежеваться от нацизма – он заявлял, что «мало разбирался в политике». Однако в этом трудно не заподозрить лукавство. Более вероятно, что с годами Гофману стала претить нацистская идеология. Фотограф стремился запечатлеть Гитлера в обстановке, близкой к повседневной, показать его с «человеческой стороны», иногда даже в довольно нелепом виде, например, в баварских коротких штанах. Всё это развенчивало образ идола-«сверхчеловека», создаваемый официальной пропагандой.

Гофман говорил немецким генералам об опасности войны с Россией, о чём он признавался соседям под конец жизни.

Фотограф лично побывал Советском Союзе в 1939 году – он сопровождал Иоахима фон Риббентропа во время подписания пакта о ненападении. По воспоминаниям адъютанта Гитлера Николауса фон Белова, по возвращении из Москвы Гофман настолько ярко описал Сталина, что Йозеф Геббельс даже критиковал его за это – мол, фотограф нашёл себе в кремлёвском «папаше» хорошего собутыльника.

Всё это указывает на то, что Гофман вполне мог откликнуться на предложение Рёсслера, который был завербован советской разведкой в ноябре 1942 года. Кроме всего прочего, «друг Гитлера» уже догадывался, что войну выиграть не получится.

Послевоенная судьба

Американские оккупационные силы в Баварии арестовали Генриха Гофмана 10 мая 1945 года. На Нюрнбергском процессе фотограф передал трибуналу некоторые свои снимки, разоблачавшие гитлеровский режим. В это время с ним свободно общался советский журналист Борис Полевой.

В итоге с Гофманом обошлись подозрительно мягко. Несмотря на очень раннюю связь с Гитлером, он не был обвинён в причастности к становлению нацистского режима. Вместо этого фотографа отнесли к обвиняемым первой категории. Будучи изначально приговорён к 10 годам тюрьмы, Гофман отсидел всего четыре года – весьма мало для человека, пользовавшегося всеми благами жизни за счёт дружбы с кровавым диктатором. Гофман вышел на свободу уже в 1950 году и умер спустя семь лет, успев записать воспоминания.