8 сентября 1380 года на Куликовом поле сошлись две рати — московского князя Дмитрия и золотоордынского темника Мамая. Но прежде чем первые полки ударили друг о друга, история зафиксировала мгновение удивительной концентрации силы и смысла: поединок двух богатырей. С русской стороны — монах Александр Пересвет. С татарской — воин по имени Челубей. Или Темир-Мирза? Или Таврул? Уже в этом разнобое имён скрыта загадка.
Литературный герой или историческая личность?
«Сказание о Мамаевом побоище» — главный источник наших знаний о легендарной схватке — называет противника Пересвета по-разному в разных редакциях. В одних списках это Челубей, в других — Темир-Мурза (отсылающий к Тамерлану), в третьих — Таврул, персонаж, подозрительно напоминающий героя летописной статьи о взятии Киева Батыем .
Это обстоятельство дало основание некоторым исследователям, например историку А. Л. Никитину, усомниться в реальности поединка. В своей работе «Основания русской истории» он указывает, что все три имени противника Пересвета принадлежат не конкретным историческим лицам, а собирательным «врагам рода христианского». Более того, в «Задонщине» — самом раннем произведении о Куликовской битве, созданном буквально по горячим следам, — Пересвет вовсе не гибнет в начале сражения, а «поскакивает на своём добром коне, а злачёным доспехом посвельчивает» уже в разгар сечи .
Казалось бы, красивая легенда рассыпается. Но есть и другие свидетельства.
Тибетский след
Епископ Митрофан (Баданин) в своих очерках приводит историю, услышанную им в Троице-Сергиевой лавре. В 1980-е годы, когда тибетские монастыри только начинали открываться для иностранцев, один молодой русский парень, увлечённый восточными единоборствами, отправился в Тибет в надежде поступить в буддийский монастырь. Отношение к чужеземцам поначалу было прохладным — пока монахи не узнали, что перед ними русский.
«Они стали переговариваться между собой, и в разговоре прозвучало слово «Пересвет», — рассказывал будущий игумен. Оказалось, имя русского монаха записано в особой священной книге, где фиксируются важнейшие духовные события. Победа Пересвета занесена туда как событие, нарушившее привычный ход вещей .
Кто такой Челубей?
Согласно этой версии, Челубей был не просто воином. Его подготовка включала не только боевые искусства, но и древнейшую практику боевой магии Бон-по. Это направление тибетского буддизма, вобравшее в себя элементы более архаичных шаманских культов, позволяло, как считалось, достичь состояния «бессмертного» воина.
Словосочетание «Бон-по» можно перевести как «школа боевой магической речи». С помощью особых заклинаний воин привлекал на свою сторону силы потустороннего мира — в христианской традиции называемые бесами. Человек становился носителем демонической силы, своеобразным симбиозом человека и духа тьмы. Платой за такое могущество служила бессмертная душа .
Таких воинов всегда было крайне мало, они считались особым явлением в духовной практике Тибета. Их выставляли на поединки, чтобы деморализовать противника ещё до начала битвы — сражаться с «бессмертным» означало идти на верную смерть.
Великая схима против боевой магии
На известной картине Виктора Васнецова оба богатыря изображены в доспехах. Но, как утверждает епископ Митрофан, это не вполне соответствует глубинному смыслу происходившего. Художник Павел Рыженко в своей работе «Победа Пересвета» передал сюжет иначе: русский воин выходит на бой без доспехов, в облачении великой схимы — монашеской накидки с изображением креста .
Это был осознанный шаг. Зная, что копьё Челубея благодаря особой выучке и магической подпитке длиннее обычного и поражает противника раньше, чем тот успевает нанести удар, Пересвет снял защиту. Он позволил копью врага пройти сквозь мягкие ткани тела, но сам оказался на достаточном расстоянии, чтобы достать «бессмертного» своим копьём .
Исход поединка известен: оба пали. Но Челубей был убит на месте и вывалился из седла. Пересвет же, получив смертельную рану, сумел доехать до русского строя и только там испустил дух.
Сломленный мир
Для войска Мамая случившееся стало потрясением. На их глазах произошло то, чего «не может быть». Непобедимый воин, защищённый силами тьмы, пал от руки монаха в простой схиме. Закономерность языческого мира пошатнулась.
И по сей день, как утверждают некоторые источники, мастера восточных единоборств хранят память о том, что есть «русские», у которых есть свой Бог, сила которого выше всех прочих богов. И воины этого Бога — непобедимы .
Историки продолжают спорить о достоверности «Сказания о Мамаевом побоище». Имена Пересвета и Челубея не встречаются в ранних летописях, сам сюжет поединка оброс мифологическими деталями . Но для народной памяти важен не столько протокольный факт, сколько смысл. Схватка двух воинов на Куликовом поле стала символом битвы света и тьмы, силы духа и силы магии, веры и суеверия. И в этой битве, как учит предание, победа осталась за тем, кто защищал, а не нападал.
