В 1960 году Советский Союз пополнил свой атомный подводный флот новой грозной единицей — К-19. Она должна была стать символом ядерного могущества державы, но в историю вошла как самая аварийная субмарина отечественного флота. Советские моряки называли ее «Хиросима».
Дурные приметы с первого дня
По морскому обычаю при спуске корабля на воду о его борт разбивают бутылку шампанского. Если бутылка разбивается с первого раза — судьба у судна будет счастливой. О корпус К-19 шампанское разбилось только со второго раза. Да и «запускала» его мужская рука, хотя положено делать это женщине. Верить в приметы в эпоху научного коммунизма было не принято, и лодку включили в состав флота. Обычай, как выяснилось позже, знал что-то такое, чего не знали инженеры.
Первая в истории авария атомного реактора
4 июля 1961 года К-19 находилась в ста километрах южнее острова Ян-Майен в Атлантике. В 4:15 утра командир подлодки капитан второго ранга Николая Затеев получил сигнал: вышла из строя вентиляция, реактор начал перегреваться. Ситуация складывалась критическая — тепловой взрыв мог уничтожить лодку, погубить весь экипаж из 149 человек и вызвать радиоактивное заражение огромной части океана. А на острове Ян-Майен находилась американская радиолокационная станция. Зафиксируй она ядерный взрыв — неизвестно, как отреагировало бы Министерство обороны США в разгар холодной войны.
Подлодка всплыла. Основная радиостанция оказалась неисправной, сигнал SOS удалось передать только через слабенький аварийный передатчик. Из добровольцев сформировали команду для ремонта. Восемь человек, все молодые ребята 20-22 лет, понимали, что идут на верную смерть. Работали в костюмах химзащиты и противогазах, которые спасали разве что психологически — от смертельной радиации они не защищали. Менялись через считанные минуты. Потребовалось две попытки, но вентиляцию восстановили, угроза взрыва миновала. Лодка оказалась заражена радиацией, выброшенной аварийным реактором через вентиляцию.
На сигнал SOS пришли две советские подлодки. Экипаж К-19 переходил на них голым, оставив зараженную форму на родном корабле и смывая с себя радионуклиды морской водой. Все восемь членов ремонтной группы умерли быстро — доза в 5000-6000 бэр не оставляла шансов.
Командиры двух подлодок-спасателей получили наказание за то, что ослушались приказа и покинули позиции в подводной завесе против американского атомохода. Но если бы не они, трупов было бы гораздо больше. К-19 отбуксировали в порт в сопровождении эсминцев.
Печальная статистика
На ремонт и дезактивацию ушло три года. В 1963-м К-19 вернулась в строй. Дурная слава уже прочно закрепилась за кораблем, но списывать новейшую атомную субмарину только из-за невезучести никто не собирался.
К-19 продолжила пополнять свой печальный список. В 1972 году на подлодке вспыхнул пожар, унесший жизни 30 человек — 28 погибли на борту, двое скончались позже в госпитале. Как отмечает историк военно-морского флота Игорь Боровик, К-19 понесла беспрецедентные потери экипажа в мирное время для подводного флота при авариях. При этом сама лодка оставалась на плаву.
Потом был еще один пожар, локальный, обошлось без жертв. Два столкновения с американскими субмаринами — к счастью, тоже без человеческих потерь. Но осадок, как говорится, остался.
Забвение
К-19 списали только в 1990 году. В начале двухтысячных ветераны-подводники предлагали устроить на ней музей подводного флота, но идея не нашла поддержки. «Хиросиму» пустили на металлолом.
История К-19 остается одной из самых трагических страниц советского атомного флота. До сих пор в открытом доступе нет полного списка награжденных подводников, а могилы пятерых погибших при устранении первой аварии были найдены случайно — они оформлены скромно, без указания причины гибели. Офицеров похоронили так, будто они умерли от обычных болезней, а не от смертельной дозы радиации, спасшей мир от ядерной катастрофы.
В 2002 году Голливуд снял фильм «К-19» с Харрисоном Фордом в роли командира Затеева. Кино получилось зрелищным, но до исторической правды ему было далеко. Реальная история К-19 — это история мужества, трагедии и горькой иронии судьбы, в которой самая мощная атомная подлодка своего времени стала могилой для собственных экипажей.
