Москва могла бы носить имя Ленина или Сталина. Это не сценарий альтернативной истории, а реальные планы, которые несколько раз всплывали в советской верхушке. Но все три попытки переименовать столицу провалились — и ключевую роль в этом сыграла личность самого Иосифа Сталина. Парадоксально, но даже после его смерти именно память о нём, сначала как об отце народов, а затем как о тиране, не дала городу получить новое имя.
«Ильич» вместо Москвы (1927 г.)
Идея возникла на волне всеобщего траура, но с запозданием. Спустя три года после смерти Ленина более 200 советских чиновников направили ходатайство председателю ВЦИК Михаилу Калинину, предлагая назвать столицу «Ильич». В оправдание они писали, что именно Ленин «основал свободную Русь».
Почему отказали? К 1927 году Петроград уже стал Ленинградом. Сталин, чьё слово было уже решающим, счёл, что два «града Ленина» — это перебор. Инициатива была тихо похоронена.
Отчаянный ход «кровавого карлика» (1938 г.)
Самый курьёзный и опасный эпизод связан с именем наркома НКВД Николая Ежова. Чувствуя, что его карьера (и жизнь) под угрозой, он решил выслужиться, предложив переименовать Москву в «Сталинодар». Инициативу он подкрепил «мнением трудящихся», включая стихи ветерана партии:
«…Счастье Сталин дал нам в дар,
И столице имя — Сталинодар».
Ежов оформил проект и отправил его в Политбюро. Но Сталин ответил категорическим отказом. Лесть не сработала: в том же году Ежова сняли, затем арестовали и расстреляли.
Последние попытки
Утверждают, что были еще две попытки переименования Москвы, также связанные с именем Сталина, – после окончания Великой Отечественной войны, победу в которой народные массы связывали с гением «великого полководца» и генералиссимуса, и после смерти Иосифа Виссарионовича.
После Победы Сталин снова отклонил идею о названии столицы своим именем. По-видимому, этот проект тогда даже не оформлялся в виде официального документа. Во всяком случае, неизвестно, от кого исходило это предложение и в каком виде оно поступало Сталину.
Мужчины, которые берут фамилию супруги: что с ними не так
Намерение назвать Москву Сталиным после смерти вождя было вызвано инерцией чувств после потери «великого Отца и Учителя», которая в первое время после кончины Иосифа Виссарионовича была очень сильна в народе и среди чиновничьего аппарата. Верноподданнические настроения охватывали целые организации, учреждения и предприятия, славшие в Москву многочисленные обращения об увековечении имени Сталина. Поначалу всерьез рассматривались даже проекты о переименовании Союза Советских Социалистических Республик в Союз Советских Сталинских Республик, а Грузинскую СССР хотели назвать Сталинской.
Но политическая конъюнктура вскоре переменилась. Наступали времена развенчания культа личности Сталина. На смену настрою по возвеличиванию вождя пришла новая идеологическая установка – по всей стране начался обратный процесс: у городов, улиц, площадей, учреждений, организаций и предприятий стали отбирать названия, так или иначе связанные с генералиссимусом, повсеместно сносились установленные ему памятники. А ХХ съезд партии, состоявшийся спустя три года после смерти И. В. Сталина, на котором Хрущев озвучил свой разгромный доклад, ускорил десталинизацию новой партийной идеологии.
