Современному человеку, воспитанному на идеях полового просвещения, быт наших предков может показаться образцом ханжества. Никаких «уроков биологии» и откровенных разговоров по душам. Однако это не значит, что дети на Руси росли в неведении. Просто информация об отношениях полов поступала к ним не из нравоучительных бесед, а из самой жизни — открыто, естественно и без прикрас.
Наглядные пособия со двора
Ключевую роль в естественном половом воспитании играло натуральное хозяйство. Крестьянская семья не мыслила существования без домашней скотины: коров, лошадей, свиней, овец. Уход за животными был общей семейной повинностью. Дети с малых лет кормили скотину, чистили стойла, доили коров и, конечно, были свидетелями всех процессов, связанных с разведением и продолжением рода.
Появление теленка или жеребенка становилось событием для всей семьи, и никому в голову не приходило прятать детей от этого зрелища. Они видели и рождение, и — будучи рядом со взрослыми на скотном дворе — могли наблюдать за случкой животных. В сознании ребенка формировалась простая и понятная картина мира: жизнь зарождается естественным путем, и в этом нет ничего стыдного или запретного.
Баня и телесность
Еще одним фактором естественного просвещения была баня. Вплоть до позднего средневековья мытье было делом семейным и общественным. Мужчины, женщины и дети парились вместе, и нагота не воспринималась как нечто неприличное. Разница в строении мужского и женского тела была очевидна каждому с раннего детства и не становилась поводом для нездорового любопытства или ханжеских запретов. Телесность была частью быта, лишенная того эротического ореола, который окружает ее сегодня.
Языческое наследие и народные игрища
Христианство на Руси веками сосуществовало с языческой традицией, и это особенно заметно в праздничной культуре. Купальская ночь, проводы Масленицы, некоторые весенние обряды сопровождались довольно вольными играми молодежи. Парни и девушки миловались, обнимались, прыгали через костры, порой в весьма легких одеждах. Эти действа происходили не в закрытых клубах, а на природе — на полянах, у рек, в полях.
Специально детей на эти игрища, конечно, не звали, но и не прогоняли. Любопытный подросток легко мог стать невольным свидетелем или подглядеть за происходящим. Так формировалось представление о нормах отношений между полами и брачной обрядности, которые были неотъемлемой частью народной жизни.
Теснота в избе как школа жизни
Наконец, последний, но важнейший фактор — условия проживания. Крестьянские семьи были большими. В одной избе, где единственной перегородкой часто служила занавеска, а спальные места (полати, печь, лавки) располагались в общем пространстве, ютились родители, дети, старики. Иногда в том же помещении находился и молодняк скота (телята, ягнята), особенно в холодное время года.
Уединение было немыслимой роскошью. Дети неизбежно становились свидетелями интимных отношений родителей. То, что сегодня назвали бы психологической травмой, для крестьянского ребенка было просто частью картины мира. Это не обсуждалось, но и не скрывалось с той же брезгливостью, которая появится позже, в городской культуре XIX–XX веков.
Так, без школьных учебников и лекций «о пестиках и тычинках», вырастали поколения людей, для которых вопросы пола не были ни запретным плодом, ни источником неврозов. Они были вписаны в круг жизни: от рождения телят в хлеву до собственной свадьбы и появления детей. Природа, быт и традиция делали свое дело лучше любой просветительской программы.
