В ночь на 24 августа 1939 года в Москве царило непривычное оживление. Только что был подписан Договор о ненападении между СССР и Германией, известный как пакт Молотова — Риббентропа. На торжественном ужине в Кремле немецкая делегация во главе с министром иностранных дел Иоахимом фон Риббентропом праздновала дипломатический успех. Именно в этот момент произошёл курьёзный, но многозначительный эпизод, ставший своеобразным прологом к будущей войне.
Жест, от которого все оцепенели
По завершении ужина Риббентроп, как истый член НСДАП и офицер СС, встал и, прощаясь со Сталиным, вскинул правую руку в нацистском приветствии — так называемом «Гитлергрусе». В зале воцарилась мёртвая тишина. Для советской стороны этот жест был не просто чуждым, но и глубоко враждебным символом.
Киевская Русь: почему государства с таким названием никогда не существовало
Однако Сталин не растерялся. Вместо того чтобы ответить тем же или проигнорировать жест, он схватился за полы своего мундира и с отчётливой иронией присел в низком поклоне-книксене, словно придворный даме. Неожиданный и почти комичный ответ вождя моментально разрядил обстановку — присутствующие рассмеялись. Как вспоминали очевидцы, это был настоящий «щелчок по носу» высокомерному немецкому министру, который, скорее всего, так и не понял, над чем смеются.
За кулисами пира: «Этой сволочи нельзя доверять»
Но за внешним лоском и тостами скрывалось глубочайшее взаимное недоверие. Председатель Моссовета Василий Пронин, присутствовавший на том ужине, вспоминал, что едва двери закрылись за немецкой делегацией, Сталин, имея в виду Риббентропа, мрачно произнёс: «Этой сволочи нельзя доверять ни единого дня».
Эти слова оказались пророческими. Уже через несколько месяцев после подписания пакта в Берлине началась разработка плана «Барбаросса». А 22 июня 1941 года Германия вероломно нарушила договор, напав на Советский Союз. Сам пакт стал тактической паузой, необходимой обеим сторонам для подготовки к неизбежному столкновению.
Символический финал
Эпизод с приветствием и ответным «книксеном» Сталина — больше, чем исторический анекдот. Это идеально срежиссированный символический жест. Нацистский салют, означавший претензию на расовое и идеологическое превосходство, был публично и изящно высмеян, превращён в театральную шутку. Сталин дал понять, что воспринимает партнёра по переговорам без подобострастия и со здоровой долей цинизма.
Ирония истории довершила картину: оба главных героя того ужина встретили крах. Гитлер покончил с собой в берлинском бункере, а Иоахим фон Риббентроп был осуждён Нюрнбергским трибуналом и казнён как военный преступник. А тот самый двусмысленный тост и ироничный поклон остались в истории как яркая иллюстрация того, что под дипломатическим протоколом и дружескими рукопожатиями часто скрывается холодный расчёт и ожидание удара в спину.
