По документам: украинец, русский и «советский»
Парадокс, но официальные документы Леонида Ильича не дают однозначного ответа. В разные годы он фигурировал то как украинец, то как русский.
Будущий генсек родился в 1906 году в селе Каменка Екатеринославской губернии (ныне — город Днепр, в советское время Днепропетровск). Отец, Илья Яковлевич Брежнев, происходил из крестьян Курской губернии. Мать, Наталья Денисовна (в девичестве Мазалова), была родом из-под Донецка.
В детстве и юности Леонид, судя по всему, считал себя украинцем и говорил по-украински. В 1929 году, вступая в ВКП(б), он собственноручно заполнил анкету: в графе «национальность» написал «украинец», а родным языком указал украинский. Однако в более поздних партийных документах национальность оказалась исправлена на «великорус», а родной язык — на русский.
В наградных листах времен Великой Отечественной тоже царит путаница. В 1942 году Брежнев числится украинцем, в 1943-м — уже русским. В личном листке по учету кадров и в паспорте, полученном в 1947 году, он снова украинец.
После переезда в Москву Брежнев предпочитал называть себя русским. А иногда, с улыбкой, говорил: «Я — советский по национальности». В этой шутке было больше правды, чем кажется.
Молдавский след: два года, запомнившиеся навсегда
С 1951 по 1953 год Брежнев возглавлял Компартию Молдавии. Срок небольшой, но память о себе он оставил добрую. Именно при нем советская Молдавия превратилась в «всесоюзный сад и огород». Республика вышла на выпуск до двух миллиардов условных банок плодоовощной продукции в год. Табачные плантации обеспечивали курильщиков всей страны, избавляя СССР от импорта. Кишинев расцвел, украсился парками и фонтанами.
Молдаванином Брежнев, конечно, не был. Но его работа в республике оказалась настолько успешной, что легенда о «красивом молдаванине» получила второе дыхание. Народная молва даже приписывала ему цыганские корни — исключительно из-за яркой внешности.
Еврейская версия: черта оседлости и фамилия жены
Без «еврейского следа» не обходится ни одна конспирологическая биография. Случай Брежнева — не исключение.
Екатеринославская губерния, где родился Леонид Ильич, входила в Черту оседлости. Евреев там проживало множество. Отсюда появляются неподтвержденные слухи, что отец генсека был евреем и сменил фамилию после 1917 года. Доказательств этому нет.
Главный козырь сторонников этой версии — жена Брежнева. Виктория Петровна, в девичестве Денисова, по одним данным, имела настоящую фамилию Гольдберг и приходилась племянницей Льву Мехлису — влиятельному советскому деятелю, генерал-полковнику, начальнику Главного политического управления РККА. Рассуждение строится на стереотипе: евреи не выдают дочерей за неевреев, значит, и сам Брежнев был евреем. Логика уязвимая, но в массовом сознании работающая.
Польский акцент: язык матери
Существует и польская версия. Мать Брежнева, Наталья Денисовна, по свидетельствам современников, прекрасно владела польским языком. Да и сам Леонид Ильич, общаясь с поляками, мог обходиться без переводчика. Однако из-за сложной истории русско-польских отношений этот факт, возможно, не афишировался.
Так кто же он?
Если суммировать известные данные, получается типичная для юга России и Украины картина: отец — из русских переселенцев, мать — украинка, место рождения — многонациональный регион с высокой долей еврейского и польского населения. Сам Брежнев в детстве говорил по-украински, в зрелости — по-русски, а в документах значился то украинцем, то русским.
В этой пестроте и кроется ответ. Брежнев был человеком советской эпохи, которая сознательно размывала национальные перегородки, создавая новую общность — «советский народ». Его личная идентичность оказалась зеркалом этой большой политики: украинец по рождению, русский по культуре, советский по убеждению.
Когда Брежнев говорил о себе «я советский человек», он был абсолютно прав. В этом самоопределении — ключ к пониманию не только его личности, но и целой эпохи, когда национальность становилась делом вкуса, а не паспорта. И только легенда о «красивом молдаванине» осталась напоминанием о том, как легко внешность может обмануть историков.
