21 ноября 1956 года советский подводный флот понес тяжелейшие потери со времен Великой Отечественной войны. В водах Финского залива в результате столкновения с эсминцем затонула дизельная подводная лодка М-200 «Месть». Из 42 членов экипажа спасти удалось лишь 14 человек. Эта катастрофа, во многом ставшая следствием спешки и недостаточного опыта, до сих пор остается одной из самых трагических и показательных страниц в истории отечественного флота, обнажив системные проблемы в подготовке экипажей и организации спасательных работ на флоте в послевоенное десятилетие.
Легендарная «Малютка» с именем на борту
Подводная лодка М-200 принадлежала к серии «Малютка» (проект 40-х годов) — небольших субмарин, предназначенных для действий на прибрежных коммуникациях. Эти коради, построенные в количестве более 150 единиц, успешно проявили себя в годы войны, работая на пределе своих возможностей.
«Месть» была заложена в Ленинграде перед самым началом Великой Отечественной, но вступила в строй лишь в марте 1943 года. Свое громкое имя лодка получила не случайно. Инициатором сбора средств на её достройку выступила Любовь Лободенко, вдова комиссара, потерявшая в войну мужа, брата и отца. Она призвала других женщин, чьи близкие погибли на море, жертвовать сбережения на создание корабля, который станет символом возмездия врагу. Имя «Месть» было нанесено на борту субмарины, вошедшей в состав Северного флота.
Боевой путь лодки окутан легендами. Достоверно известно, что М-200 совершала походы к берегам оккупированной Норвегии, но данные о её победах разнятся. По одним документам, летом 1944 года она успешно атаковала вражеские конвои, по другим — возвращалась на базу из-за технических неполадок. После войны, в 1951 году, прославленную субмарину перевели на Балтику, в порт Палдиски (Эстония), где она продолжила службу уже в качестве учебно-боевого корабля.
Фатальный выход в море
К осени 1956 года М-200 базировалась на Палдиски. 21 ноября лодка должна была выполнить рутинную задачу — провести замеры магнитного поля в районе Таллинского рейда. Однако незадолго до выхода у «Мести» сменился командир. Капитан 3-го ранга Николай Шуманин был опытным подводником, но всю предыдущую карьеру провел на лодках типов «Щука» и «С». Специфика управления «Малюткой» с её инерцией и маневренностью была ему незнакома, что впоследствии сыграло роковую роль.
Выполнив замеры, в 19:00 М-200 взяла курс обратно в Палдиски. Море штормило, visibility (видимость) была ограничена. В 19:45 сигнальщики лодки обнаружили огни встречного корабля. Им оказался эсминец «Статный» (проекта 30-бис), возвращавшийся с учебных стрельб.
Командиры кораблей вели переговоры о расхождении, но понимания не достигли. Шуманин, не имея уверенных навыков управления малюткой, действовал нерешительно. На «Статном» же, полагая, что лодка уступит дорогу, меняли курс, но слишком поздно. В 19:55 форштевень эсминца на скорости около 15 узлов врезался в правый борт «Мести» в районе пятого и шестого отсеков. Удар пришелся в самую уязвимую точку. Через образовавшуюся пробоину вода хлынула внутрь. Дифферент на корму стремительно нарастал, и менее чем через 10 минут М-200 скрылась под водой, затонув на глубине около 60 метров.
Борьба за жизнь и роковая нерешительность
В момент столкновения несколько моряков находились на верхней палубе. Их смыло за борт, но четверым, включая инженера-капитана-лейтенанта Льва Голанда, удалось продержаться на воде до подхода спасательных катеров. Еще один матрос, оказавшийся за бортом, погиб от переохлаждения.
В корпусе затонувшей лодки в живых остались две группы подводников. Шестеро в корме погибли мгновенно. Оставшиеся в живых моряки первого, самого безопасного отсека, под командованием старшего лейтенанта Вячеслава Колпакова, заблокированные, боролись за жизнь. Им удалось выпустить аварийный буй и установить связь с берегом.
Спасательная операция началась с трагической задержкой. Первоначально командование Балтийского флота планировало поднять лодку или отбуксировать её на мелководье, что было невыполнимо в условиях штормового моря и заняло бы слишком много времени. Когда водолазы наконец спустились к лодке, выяснилось, что они не знакомы с конструкцией «Малюток» и с трудом ориентируются в расположении клапанов подачи воздуха.
Ценой невероятных усилий и гибели одного водолаза удалось подключить шланг для подачи воздуха в первый отсек. Однако этого объема было катастрофически мало для поддержания жизни 12 человек. Моряки в лодке, понимая безысходность, начали готовиться к самостоятельному выходу через торпедные аппараты в спасательном снаряжении (ИСА-М). К 4 часам утра 22 ноября они доложили наверх о готовности покинуть корабль.
Но руководство наверху колебалось. Вместо того чтобы дать «добро» на рискованный, но единственно возможный выход, командование продолжало совещания, надеясь на щадящий подъем. Драгоценные часы уходили, кислород в отсеке таял. Разбушевавшийся шторм оборвал телефонный кабель, связь с экипажем прервалась, и спасателей эвакуировали. Лодка осталась одна на дне, а в её первом отсеке люди медленно задыхались.
Финал
Когда 23 ноября шторм стих и водолазы вновь проникли в лодку, они увидели страшную картину. Все 12 моряков были мертвы. Почти все, кроме самого Колпакова, были облачены в спасательные костюмы. Судя по всему, командир отдал свой аппарат одному из спасенных из другого отсека матросов, который был без снаряжения.
Реконструкция последних минут показала: подводники все же решились на выход и открыли люк. Но было поздно. Давление в лодке упало, и холодная вода хлынула внутрь. Мичман, который должен был покинуть лодку первым, умер от сердечного приступа прямо в проеме люка, заблокировав путь остальным. Экипаж погиб из-за удушья, переохлаждения и нехватки времени, которого у них отняла нерешительность спасательного штаба.
Послесловие
Подводная лодка М-200 была поднята аварийно-спасательной службой в декабре 1956 года и после отстоя в Таллине в 1958 году отправлена на слом. Суд над виновными состоялся: капитан эсминца Савчук и командир лодки Шуманин получили сроки в лагерях (позже замененные более мягкими наказаниями). Однако никто из высокого командования, руководившего провальной спасательной операцией, к ответственности привлечен не был.
Память о 28 погибших подводниках увековечена на кладбище в Палдиски, где установлены 28 мраморных плит. Сама трагедия заставила флот пересмотреть регламенты спасательных работ. Уже летом 1957 года, когда в Черном море затонула подводная лодка М-351, опыт «Мести» был учтен: водолазы действовали оперативно и грамотно, что позволило спасти весь экипаж. Горький урок Суурупского пролива не прошел даром, но цена его была непомерно высока.
