Роль по расчету: шут при дворе, демон в бою
Суворов прекрасно осознавал свою репутацию и даже культивировал ее. Сам он объяснял это так: «При дворе надо мною смеялись. Я бывал при дворе, но не придворным, а Эзопом… шутками и звериным языком говорил правду». Его верный сержант Иван Сергеев, 16 лет сопровождавший полководца, считал, что эта маска помогала ему «отделить себя от человечества» и подчинять обстоятельства своей воле. Даже лорд Байрон в эпиграмме назвал русского генералиссимуса «необъяснимым чудом»: «то ловкий шут, то демон, то герой».
Железная дисциплина тела и духа
За чудачествами скрывалась железная система самообладания, выстроенная с детства, которое прошло в болезнях. День начинается в полночь, вне зависимости от обстоятельств, Суворов вставал в 12 часов ночи. Денщик имел приказ будить его любым способом, вплоть до стаскивания с кровати за ноги.
Следующий час полководец посвящал бегу — по спальне или палатке, и всегда… абсолютно голым. Чтобы время не пропадало зря, он заучивал иностранные слова, держа в руках словарь. Таким образом он освоил турецкий, татарский и карельский языки.
Сразу после пробежки следовало обливание ледяной водой. Эта привычка была нерушима ни зимой, ни летом. Суворов спал на сене под простыней, в лютый мороз выходил в одном мундире, а от дождя никогда не укрывался плащом. Даже роскошную соболью шубу, пожалованную Екатериной II, он надевал лишь для вида у дворца, а в карете вез ее как пассажира.
Питался Суворов аскетично, считая, что для организма достаточно одного плотного приема пищи — обеда в 8 утра. Ел он только из оловянной посуды (подозревая яд в серебре) и только то, что приготовил его личный повар. Камердинер следил, чтобы полководец не съел лишнего. Завтрак заменялся чаем со сливками, ужин — кружкой пива с ложкой варенья.
Нет зеркалам!
Считавший себя несимпатичным человеком, Суворов не жаловал зеркала. В его собственном доме их не было, а в апартаментах, где ему приходилось квартироваться, он приказывал занавешивать отражающие поверхности тканью. Дабы скрыть комплекс по поводу собственной внешности, Александр Васильевич на вопрос о нелюбви к зеркалам всегда отшучивался фразой: «Помилуй Бог, не хочу видеть другого Суворова». Так же негативно он относился к своим портретам.
Нет часам!
Будучи убеждённым в том, что солдат должен ориентироваться во времени без механических помощников, полководец не носил при себе карманных часов, а в его доме отсутствовали как столовые, так и настенные часы. Суворов никогда не назначал точного часа военных передвижений или атак, осведомляя военнослужащих, что они должны быть готовы с первыми петухами. Чтобы эта фраза не выглядела фразеологизмом, Александр Васильевич специально научился петь петухом и в нужный момент поднимал солдат в поход звонким выкриком: «Ку-ка-ре-ку!».
«Купальники запрещены»: чем немецкие бани шокируют русских
К слову пение было любимым занятием великого стратега, который после пробуждения обязательно отводил для него один час своего драгоценного времени. Как свидетельствовал историк Казимир Валишевский, от этого занятия его не могли отвлечь даже срочные депеши, которые он подписывал, не прерывая вокальных упражнений.
На самом деле
Вместе с тем биографы Суворова сходятся во мнении, что причуды полководца, никогда не праздновавшего своего дня рождения, на самом деле — расчёты тонкого и дальновидного ума.
Литератор Дмитрий Мирский наградил генералиссимуса «званием» одного из культурнейших и информированнейших людей эпохи, чьи высоконравственные устои не подвергались сомнению.
Презиравший роскошь и с детства вырабатывавший привычку жить по-спартански, он приказывал солдатам человеколюбиво обращаться с пленными и «стыдиться варварства». Целомудрие, правдолюбие, благотворительность, неподдельная набожность и милосердие были истинными добродетелями Суворова.
