2 июня 1937 года Иосиф Сталин выступал на расширенном заседании Военного совета. Речь была посвящена только что раскрытому «военно-фашистскому заговору» и расстрелу Михаила Тухачевского. И вдруг вождь произнес имя, которое до тех пор никто не слышал: Жозефина Гензи.
«Вот когда вам, может быть, придется побывать в Берлине — Жозефина Гензи, может быть, кто-нибудь из вас ее знает», — сказал Сталин. объясняя, что именно эта женщина завербовала маршала и других видных советских деятелей.
С тех пор историки ломают копья: существовала ли Жозефина Гензи на самом деле или это порождение сталинской пропаганды, мифическая «роковая женщина», которой прикрыли неудобные вопросы?
Маршал и женщины
Михаил Тухачевский, «Красный маршал», любил повторять: «Музыка — моя вторая страсть после военного дела». Но была и третья страсть — женщины. Историк Борис Соколов в книге «Михаил Тухачевский: жизнь и смерть "Красного маршала"» насчитывает у него трех официальных жен и одну гражданскую. Первая покончила с собой (по слухам, из ревности), вторая подала на развод из-за измен, третью расстреляли, четвертая была замужем за другим.
Но любовниц было гораздо больше. Авторы книги «Любовь и безумства поколения 30-х» Елена Прокофьева и Татьяна Умнова перечисляют: певица Большого театра Вера Давыдова (она даже спустя годы признавалась, что при воспоминании о маршале у нее «закипает кровь»), вдова сына Максима Горького Надежда Пешкова, театральный режиссер Наталья Сац, племянница белогвардейского генерала Шура Скоблина.
Последняя фигура особенно интересна. По мнению исследовательницы Ани Лагиной, многие из этих женщин были приставлены к Тухачевскому для слежки. Скоблина, например, много лет писала на него доносы.
Досье на Жозефину
В этом ряду и появляется Жозефина Гензи (в некоторых источниках — Енсен). Олег Смыслов в книге «Любви все звания покорны» описывает ее как «соблазнительную блондинку с голубыми глазами», певицу, выступавшую в офицерских клубах. Пользуясь своей внешностью, она легко входила в доверие к военным и политикам.
Согласно стенограмме сталинского выступления, Гензи была датчанкой, опытной разведчицей германского рейхсвера. Тут, правда, первая странность: рейхсвером немецкая армия называлась только до 1935 года, а Сталин говорит о 1937-м. То ли оговорка, то ли фальшивка.
По словам вождя, Жозефина завербовала не только Тухачевского, но и дипломата Льва Карахана, секретаря ЦИК Авеля Енукидзе, а также «держала в руках» латышского революционера Яна Рудзутака. Все они были расстреляны в 1937-1938 годах.
Версия первая: миф
Многие историки считают речь Сталина 2 июня странной, путанной, скомканной. Анатолий Сульянов, автор книги «Берия: арестовать в Кремле», уверен: вождь пользовался фальсифицированными материалами, которые подготовил Ежов. Жозефина Гензи — не более чем литературный персонаж, придуманный для связки обвинений.
Действительно, никаких документальных подтверждений существования такой разведчицы в архивах абвера или советских спецслужб не найдено. Ни одного фото, ни одного агентурного донесения. Полная пустота.
Версия вторая: реальность
Но есть и другая точка зрения. Валентин Лесков в книге «Сталин и заговор Тухачевского» настаивает: Гензи существовала, просто информация о ней засекречена до сих пор. «Там, где нет никаких махинаций, карты выкладывают на стол», — пишет он, намекая, что молчание архивов только подтверждает подлинность.
Лесков приводит и краткую биографию: Жозефина Гензи — внучка видного датского политика Адама Мольтке, занимавшего посты министра финансов, министра иностранных дел и премьер-министра Дании. Семья потомственных военных, несколько языков с детства, блестящее образование. Такую девушку не могла не заметить немецкая разведка.
Завербовал ее лично Вильгельм Канарис, будущий глава абвера. Гензи согласилась, но поставила условие: она не будет работать против Франции, родины ее отца. Против России — пожалуйста.
Дальнейшая ее деятельность покрыта мраком. Известно только, что Жозефина Гензи не разделила судьбу своих «клиентов» — она спокойно дожила до старости и умерла где-то в Латинской Америке.
Была ли Жозефина Гензи на самом деле? Возможно, мы никогда не узнаем. Но сам факт, что Сталин счел нужным упомянуть эту женщину в своей речи, говорит о многом.
