«Паки и паки, иже херувимы, бытие мое…»: что на самом деле означают эти слова
«Паки и паки, иже херувимы, бытие мое…» — это из тех церковных оборотов, которые, благодаря режиссеру Якину из фильма «Иван Васильевич меняет профессию», стала советским мемом.
Сразу оговорим важное: в виде одной «цельной» устойчивой цитаты сочетание «Паки и паки, иже херувимы, бытие мое…» в нормативных богослужебных текстах не фиксируется как точная формула. Здесь легко спутать и смешать несколько часто звучащих оборотов: «паки и паки», «иже херувимы…» (из Херувимской песни), «бытие моё» (словосочетание, характерное для книжной речи и молитвенного стиля). Поэтому переводить такую фразу нужно честно: как компиляцию, собранную «на слух», а не как строку из конкретного канона с одним автором и одной версией.
Но даже в таком виде она прекрасно разбирается на части — и тогда становится ясно, что человек, произносящий это, говорит вполне конкретные вещи.
Откуда берётся «паки и паки»: что значит это «паки»
Слово «паки» — одно из самых узнаваемых церковнославянизмов. В словарях оно толкуется как «снова», «опять», «ещё раз», иногда — «кроме того», «вновь и вновь». Это базовое значение фиксируется в фундаментальных справочных изданиях: у И. И. Срезневского в «Материалах для словаря древнерусского языка» и в церковнославянских словарях, которыми пользуются филологи и переводчики богослужебных текстов.
В богослужении «паки и паки» — формула, которую диакон произносит многократно: «Паки и паки, миром Господу помолимся» — то есть «Снова и снова в мире (с миром) помолимся Господу». Это не «магическое заклинание», а ритмическая связка службы: напоминание о повторной молитве, о возвращении к прошению.
Современный перевод “паки и паки” — самый простой фрагмент:«снова и снова», «ещё и ещё раз», «опять и опять».
Стилистически в современном русском это звучит как усиление: не просто повтор, а настойчивое возвращение к одному и тому же.
«Иже херувимы»: почему тут не хватает половины строки
Фраза «иже херувимы» узнаётся по Херувимской песне — одному из центральных песнопений Литургии Иоанна Златоуста. В церковнославянском тексте она начинается так: «Иже херувимы тайно образующе…»
То есть буквально: «Мы, которые (подобно) херувимам таинственно изображаем…» — смысл в том, что молящиеся в этот момент службы духовно уподобляются херувимам, участвующим в небесном славословии.
Что стало с женой и детьми Василия Сталина
Здесь важно понимать грамматику. «Иже» — это не отдельное «модное» слово, а относительное местоимение/союз церковнославянского языка: «которые», «те, кто». Его устройство подробно описано в учебных грамматиках церковнославянского (в том числе в академических курсах и справочниках по языку богослужения).
«Херувимы» — множественное число от «херувим»; это ангельский чин в библейской и литургической традиции.
Поэтому «иже херувимы» без продолжения — как обрывок: «те, кто (как) херувимы…» — и дальше по смыслу должно быть, что именно делают эти «те, кто». В службе — «таинственно изображают» и «трисвятую песнь припевающе» («воспевают Трисвятое»).
Современный перевод “иже херувимы” в составе полной мысли: «мы, которые, подобно херувимам…», «мы, уподобляющиеся херувимам…».
«Бытие моё»: что это такое — и почему звучит непривычно
Словосочетание «бытие моё» по-современному читается как «моё существование», «моя жизнь». Здесь нет мистики — только книжная абстрактность.
Слово «бытие» в русском языке живо и сейчас, но его современный оттенок чаще философский (вплоть до хайдеггеровских ассоциаций). В старой книжности «бытие» нередко использовалось шире: «жизнь», «состояние», «существование», «житие». Это подтверждается историческими словарями и корпусными наблюдениями (включая словари древнерусского и церковнославянского слоя).
Если собрать вместе: несколько вариантов перевода на современный русский
Поскольку исходная фраза, как уже сказано, выглядит как смесь литургических оборотов, корректнее предложить несколько переводов — от максимально буквального к более литературному.
Вариант 1. Почти буквальный «Снова и снова — мы, подобно херувимам… моё существование…»
Это честный «подстрочник», но в современном русском он звучит обрывочно, потому что и оригинал обрывочен: не хватает сказуемого и связок.
Вариант 2. С попыткой восстановить смысловую связность
«Снова и снова мы, уподобляясь херувимам, обращаем мою жизнь (моё существование) к молитве…»
Этот вариант уже не просто перевод, а реконструкция: добавляются слова, которых нет, чтобы фраза стала полноценным предложением. Делать так можно только с оговоркой, что это именно «сборка смысла».
Вариант 3. Литературно, в духе современной речи
«Опять и опять — словно херувимы — я возвращаюсь к молитве всем своим существом».
Это самый «читабельный» перевод: он передаёт главную эмоцию — повтор, торжественность, самоотдачу — но делает это современными средствами.
Вариант 4. Если переводить как ироническую цитату (как её часто используют)
«Ну, в общем, снова-заново, по‑церковному, со всей духовной серьёзностью».
Так эта фраза чаще всего и живёт в разговорной культуре: не как точная молитва, а как маркер «высокого стиля», иногда — как комический эффект.
