Победная «вечеринка» 9 мая: чем советские военачальники поразили американцев

По плану и без инициативы: директива Жукова

Вопреки расхожему мнению о спонтанности встречи, она была тщательно спланирована. Сталин и Черчилль согласовали действия заранее. Поэтому, когда части 1-го Украинского фронта вышли к Эльбе, их уже ждали солдаты 1-й армии США. «Скоро встретимся с вами. Мы знаем ваше расположение. Наши танки приближаются к вам», — радировали американцам советские связисты.

Но даже в преддверии исторического момента Москва не забывала о дисциплине. Маршал Жуков издал директиву, предписывающую: никаких сведений о планах и боевых задачах не сообщать, военную тайну блюсти строго, инициативу в организации встреч на себя не брать. Но при этом — вести себя с союзниками приветливо, от дружеских приглашений не отказываться и устраивать ответные радушные приемы. Отдельным пунктом шло требование к внешнему виду: «всему генеральскому и офицерскому составу строго соблюдать форму одежды и иметь опрятный вид».

Советский солдат должен был явить миру образец дисциплинированности и порядка. Что, впрочем, не отменяло человеческого тепла.

Первое рукопожатие и донской конь в подарок

Первым американцем, ступившим на советский берег, стал лейтенант Альберт Коцебу. 25 апреля он пересек Эльбу на лодке в сопровождении пятерых солдат. Их встретил отряд подполковника Александра Гордеева. Старший лейтенант Григорий Голобородько, участник той встречи, вспоминал: американцы остались ночевать на советских позициях, и это была ночь, полная удивления и взаимного интереса.

Официальная церемония состоялась на следующий день в городке Торгау, на американской стороне. Лейтенант Александр Сильвашко и лейтенант Уильям Робертсон пожали друг другу руки. Фотограф запечатлел этот миг, и он обошел весь мир, став символом братства по оружию.

27 марта маршал Иван Конев, командующий 1-м Украинским фронтом, преподнес американскому генералу Омару Брэдли подарки: боевое красное знамя с надписью «От воинов Красной Армии», пистолет и породистого донского коня. Брэдли в ответ вручил Коневу винтовку, автомобиль «Виллис» и багажник американских сигарет. Обмен дарами выглядел как ритуал, закрепляющий новый статус — союзников, а не просто временных попутчиков.

Братание: пуговицы, водка и Интернационал

За официальной частью последовала неофициальная, которая запомнилась участникам гораздо ярче. Американцы, по воспоминаниям советских офицеров, вели себя удивительно раскованно. В первый же день они устроили «пир на весь мир», и эта традиция закрепилась на все последующие встречи.

Солдаты братались, пили, обменивались сувенирами. Особым спросом пользовались пуговицы с кителей, армейские эмблемы, звездочки с пилоток. Иногда подвыпившие американцы «стягивали» их без спроса, но это воспринималось как часть игры. Офицеры обменивались более серьезными вещами — часами, портсигарами.

Курьезов хватало. Американский военный оркестр встретил советскую делегацию исполнением «Интернационала», не зная, что гимн СССР уже два года как другой. Кто-то из советских офицеров произнес тост за здоровье Сталина и Рузвельта, забыв, что Рузвельт скончался за две недели до встречи. Но эти огрехи не портили атмосферы. Ветеран армии США Пол Стауб вспоминал: «Мы не понимали друг друга, но единство чувств было очевидно. Мы были солдатами, братьями по оружию, разгромившими общего врага».

Удивление американцев: борщ, иконы и знание языка

Корреспондент журнала «New Yorker», присутствовавший при встречах, отмечал несколько моментов, которые поразили американцев.

Во-первых, хороший уровень английского у многих советских солдат и офицеров. Это было наследие кампании 1920-х годов по изучению иностранных языков в школах и вузах.

Во-вторых, чистоплотность и опрятность красноармейцев. Пропаганда рисовала образ «русского варвара», а на деле союзники встречали подтянутых, аккуратных людей.

В-третьих, отсутствие агрессивного атеизма. Вопреки слухам о гонениях на веру, некоторые советские бойцы носили нательные крестики и карманные иконки, и это никого не шокировало.

Но главное, что поразило американцев, — русская кухня и русская способность пить. Густой борщ, сибирские пельмени, красная икра и, конечно, водка в сочетании с «великолепной способностью поглощать крепкие напитки» произвели неизгладимое впечатление. Ветеран Билл Шанк вспоминал: «Мы пили за встречу, звучали аккордеон и балалайка, все танцевали. Русские пели американские песни. Это было удивительное зрелище. Оно запомнилось мне навсегда».

Особой привычкой советских солдат, удивлявшей американцев, было являться в гости, захватив с собой «фронтовые сто грамм». Для них это было проявлением щедрости и дружелюбия.

Танец маршалов: ночь с 8 на 9 мая