30 августа 1918 года на заводе Михельсона прогремели выстрелы, которые едва не изменили ход мировой истории. Владимир Ленин, только что выступивший перед рабочими, рухнул на землю с двумя пулями в теле. Исполнительницей покушения официально назвали эсерку Фанни Каплан. Через четыре дня ее расстреляли в кремлевском гараже без суда и следствия. Приговор привел в исполнение лично комендант Кремля Павел Мальков, получивший указание от Якова Свердлова. Тело террористки сожгли в бочке с бензином.
Казалось бы, точка в деле поставлена. Но историки до сих пор спорят: а что, если Каплан казнили так поспешно именно потому, что настоящий суд мог оправдать ее? Или, как минимум, вынести вердикт, который поставил бы власть в неловкое положение.
Странности покушения
Начнем с того, что ранения Ленина, вопреки легенде, не были смертельными. Одну пулю врачи извлекли только в 1922 году, вторую так и оставили в теле до самой смерти вождя. Да, его здоровье ухудшалось, но прямую связь с покушением медицина того времени установить не могла.
Сама Каплан тоже вызывала вопросы у следователей. По словам историка Адама Улама, психическое состояние террористки было далеко от стабильного. К тому же у нее были серьезные проблемы со зрением — факт, который ставит под сомнение меткость стрельбы. На допросе, который скорее напоминал формальность, Каплан вела себя отстраненно. На вопрос о мотивах она ответила: «Зачем вам это знать?». Расследование свернули, не успев начать.
Процесс над боевиками из отряда Семенова
Но самое интересное вскрылось спустя четыре года. В 1922 году в Москве прошел громкий процесс над партией правых эсеров. На скамье подсудимых оказался Григорий Семенов — лидер боевого отряда эсеров, который планировал теракты против большевистской верхушки. Именно его люди убили комиссара Володарского, готовили покушения на Урицкого и Зиновьева. А еще, как выяснилось на процессе, именно Семенов организовал слежку за Лениным в августе 1918 года.
Семенов разделил Москву на сектора, за каждым закрепил боевиков. Каплан отвечала за район завода Михельсона. Накануне выступления Ленина связной Новиков сообщил ей точное время и место. Каплан пришла, выстрелила — и провалилась в историю.
Так на процессе 1922 года вскрылась организационная подоплека покушения. Каплан была не одиночкой-фанатиком, а частью структуры. И тут начинается самое парадоксальное.
Они просто «заблуждались»
Суд над Григорием Семеновым и его соратниками трудно назвать «расправой над инакомыслящими революционерами». Как сообщает в своей книге «Деза. Четвертая власть против СССР» Виктор Кожемяко, эсер Григорий Семенов, как и его соратница Лидия Коноплева, взявшая в свое время опеку над Фанни Каплан, были приговорены к смертной казни. Однако от наказания они и еще несколько боевиков были освобождены. Верховный трибунал ВЦИК пришел к выводу, что обвиняемые «добросовестно заблуждались при совершении ими тяжких преступлений, полагая, что они борются в интересах революции». Трибунал ходатайствовал об освобождении подсудимых, уверенно заявляя, что те будут «самоотверженно бороться за Советскую власть».
Именно поэтому Михаил Алексеев и считает, что, если бы Фанни Каплан дожила до процесса и раскаялась бы в содеянном, она бы тоже оказалась на свободе. Понятно, что эта история на самом деле не так проста, но версия Алексеева имеет право на существование. Тем более, что Григория Семенова долгое время и вправду не трогали. Семенов стал не только большевиком, но и разведчиком. Лидия Коноплева работала в различных издательствах и даже читала лекции по взрывному делу на курсах для сотрудников ГПУ. Как пишет А. Хорошевский в издании «Загадки истории. Тайны Советской империи», Семенов и Коноплева все-таки были расстреляны, но вовсе не за то, что покушались на жизнь Ленина. В 1937 году их обоих обвинили в участии в подготовке террористических актов в отношении тогдашних лидеров страны.
