В 1642 году Османская империя была на пике своего могущества, а ее флот господствовал в Средиземном море. Тысячи рабов, захваченных в набегах на Русь и Европу, гибли на турецких галерах. Но в этом году произошло невероятное: группа русских пленников подняла восстание и совершила дерзкий побег, который прогремел на всю Европу.
Семь лет в аду
Главным героем этой истории стал калужский стрелец Иван Мошкин. В 1634 году он попал в плен к крымским татарам во время боя на реке Тихая Сосна. Его, как и тысячи других, продали в рабство и отправили на турецкие галеры. Семь лет изнурительного труда, цепей и побоев не сломили его волю. Три года он терпеливо готовил план побега.
Его тюрьмой стал галеас (крупная галера) под командованием Анти-паши Мариоля, на котором из 280 рабов 200 были русскими.
Восстание
Побег было решено устроить в ночь с 9 на 10 ноября 1642 года. Утром галеас должен был сняться с якоря и отплыть на зимовку в Нафплион на Пелопоннесе.
Как пишет в книге «100 великих подвигов России» писатель Вячеслав Васильевич Бондаренко, когда часовые на галеасе задремали, Мошкин начал поджигать фитиль бомбы из пороха, заложенной в каюте лучших турецких воинов, и его едва не раскрыли. Один из часовых проснулся, и спросил, что Мошкин делает.
Стрелец ответил, что пытается разжечь трубку и покурить, так как ему не спиться. Часовой снова задремал. На выручку Мошкину подоспел Сильвестр с горящей головней и 12-ю саблями.
Очевидно, русским удалось не только произвести взрыв, от которого погибли 28 лучших янычар, но и образом освободиться от оков, возможно, с помощью итальянца.
Светлана Щелокова: тайна гибели жены министра МВД СССР
Схватка была жестокой. Турки отступать не привыкли, но русские знали – это единственный шанс обрести свободу.
С выбежавшим на палубу Анти-пашой схватился сам Мошкин. Он вспорол турку живот, после чего вельможу выкинули за борт. Дрались кто чем мог – саблями, камнями, цепями; обезоруживали врага. Натиск русских был таков, что вскоре на галеасе не осталось ни одного сопротивляющегося турка. Тела побросали в воду, потушили пожар, который возник после взрыва.
Во время битвы Мошкин был ранен четырежды – стрелы попали ему в руку и в голову, еще два раза его полоснули саблей – один удар вскользь прошелся по голове, а второй был нанесен в живот. Кроме этого, он сильно обгорел, но присутствия духа не терял.
Потери рабов оказались невелики – одного человека янычары сумели убить, еще 20 были ранены, а остальные – были готовы вести галеас подальше от турецких берегов. Кроме корабля в руки рабов попала большая добыча – оружие, порох, ювелирные украшения, 200 килограммов серебра, золото, ковры и ткани.
Беглецам сопутствовал ветер, они быстро выбрались из Мраморного моря и, пройдя Дарданеллы, взяли курс на Италию.
В Средиземном море встретили турецкую фелюгу; притворившись турками, пригласили экипаж на борт, и вязли турок в плен. На восьмой день плаванья галеас настигла буря, она переломала весла и вывела из строя руль. Поэтому русские были рады, когда галеас достиг города Мессины на Сицилии, где они высадились на берег.
Домой, только домой!
Но приключения еще не закончились. Сицилия находилась под владычеством испанцев; вице-король приставил к беглецам охрану, затем предложил им наняться на службу, давая одному только Мошкину 20 рублей жалования в месяц, что было огромными деньгами.
Когда русские отказались, их ограбили, забрав галеас с богатствами и отпустили восвояси. Пешком, неся на руках раненых товарищей, 200 пленников добрались до Рима, где раненому Григорию Кирееву сделали операцию, вынув из раны наконечник копья. А после двинулись в Венецию, а затем в Австрию. Везде их встречали как героев, а австрийский император тоже пытался нанять их, соблазняя Мошкина поместьем. И даже воевавший с Россией польский король снабдил отряд припасами, дал подводы и одарил Мошкина 10 рублями, а остальным дал по 2 рубля.
Мужчины, которые берут фамилию супруги: что с ними не так
На границе русских встретил воевода Иван Федорович Львов и отвез их в Москву.
После челобитной, написанной царю Михаилу Федоровичу, все пленники были снова приняты на службу. Ивану Мошкину было определено жалование в 1 рубль (12 денег), боярским детям, которые вернулись с ним, – Жилину, Климову, Кореплясову и Сенцову выдали по 8 денег, казакам дали по 7 денег, крестьянам – по 6 денег и выдали вольную – так было положено делать по Судебнику 1550 года.
А так как все в отряде побывали на приеме у римского папы, то для получения довольствия им требовалось прежде пройти «исправление» у патриарха, в чье распоряжение они на некоторое время поступали. Так «щедро» родина наградила героев.
