Штормовое предупреждение: как большевики искали свою школу
Когда сегодняшние ностальгирующие публицисты вспоминают «ту самую советскую школу» (строгую, классическую, с дисциплиной), они, как правило, имеют в виду школу 1960–80-х. Но до того момента, как система обрела устойчивость, её лихорадило лет двадцать.
После революции 1917 года образование объявили всеобщим и бесплатным. На бумаге. А на деле начался слом старой гимназической машины. Латынь и Закон Божий отменили быстро, но вместе с ними под раздачу попали история и половина русской литературы — как «буржуазное наследие». В вузы некоторое время можно было поступать без аттестата и даже без экзаменов. Главным было пролетарское происхождение, а не знание таблицы умножения.
На местах учителя выживали как могли: чинили крыши школ за свой счет, а с родителей собирали «добровольные» взносы — иначе зимы было не пережить. Центр лишь следил, чтобы поборы не становились совсем уж грабительскими. Гражданская война и разруха добили остатки системы.
К концу 20-х, когда страна более-менее успокоилась, власть одумалась. Начался обратный процесс: школе вернули историю, жесткое расписание и единые учебники. В 1930 году ввели всеобщее начальное обучение (4 класса), а затем и обязательную семилетку. К середине 30-х безграмотность в СССР стала редкостью, а система образования обрела тот самый «строгий» вид. И, что важно, все это было бесплатно.
Плата за знания: подпись Молотова
Но спокойная жизнь длилась недолго. 26 октября 1940 года председатель Совнаркома Вячеслав Молотов подписал постановление, которое перечеркнуло привычный уклад: «Об установлении платности обучения в старших классах средних школ и в высших учебных заведениях СССР».
Цифры в документе выглядели так:
-
8–10 классы школы, техникумы и педучилища: в Москве, Ленинграде и столицах союзных республик — 200 рублей в год. Во всех остальных городах — 150 рублей.
-
Вузы: в столицах и Ленинграде — 400 рублей в год, в провинции — 300.
Для сирот, инвалидов и детей пенсионеров сделали скидки, но основная масса семей должна была платить.
Чтобы понять, насколько это было накладно, нужно прикинуть зарплаты. Квалифицированный рабочий в то время получал в среднем 340–350 рублей в месяц. Стахановцы — больше. А вот колхозники жили на 100–150 рублей в месяц (если пересчитать пресловутые трудодни на деньги). Для семьи, где было трое-четверо детей и одна зарплата, 400 рублей в год за старшего ребенка могли стать неподъемной суммой.
Зачем Сталину понадобились деньги с учеников?
Решение было крайне непопулярным, но, с точки зрения государства, вынужденным. На календаре стоял 1940 год, в Европе полыхала война, и СССР готовился к худшему. Все бюджетные средства уходили в оборонку: на танки, самолеты, заводы.
Денег на университеты просто не оставалось. Власти нужно было решить две задачи: сэкономить на «лишних» студентах и срочно набрать рабочих для заводов. Поэтому одновременно с платой за учебу была запущена система ФЗО (фабрично-заводского обучения). Подростков 14–15 лет фактически мобилизовывали в ремесленные училища. Кормили, одевали, давали крышу над головой — и ставили к станку. Четыре года отработки после учебы были обязательными.
Именно эти мальчишки и девчонки, а вовсе не платное образование, стали главным "проектом" тех лет. В годы войны они заменили ушедших на фронт отцов и братьев у станков оборонных заводов.
Обратный путь
Система просуществовала до 1956 года. Война закончилась, промышленность встала с колен, страна потихоньку отходила от разрухи. Пришло время убирать и «временные меры».
В 1955-м отменили жесткую систему ФЗО. А в 1956 году, уже при Хрущеве, вышло постановление, отменявшее плату за обучение в старших классах и вузах. Школа снова стала бесплатной для всех — такой, какой мы её и запомнили. Но 16 лет военного и послевоенного лихолетья, когда аттестат имел свою цену в рублях, навсегда остались в истории страны.
