Слишком высоко
Ракета стартовала в 9:07. Выведение шло по плану, но в какой-то момент один из приборов сломался. Команда на выключение двигателя с Земли не прошла. Двигатель отключился по запасному варианту — на полсекунды позже, с превышением скорости на 22 метра в секунду.
В итоге «Восток» оказался на орбите с апогеем примерно на 85 километров выше расчетной. Казалось бы, ерунда. Но на самом деле — почти катастрофа. Если бы тормозная установка не сработала, корабль остался бы на орбите почти на месяц. Системы жизнеобеспечения были рассчитаны на десять суток. На Земле понимали масштаб проблемы, но Гагарину об этом не сказали — чтобы не нервировать.
«Кордебалет» и отказ разделения
Спуск начался. Тормозная двигательная установка сработала, но неидеально: один клапан не закрылся до конца. Скорость снизилась до 132 м/с вместо расчетных 136. Корабль пошел по другой траектории.
А потом началось самое страшное. «Восток» потерял стабилизацию и закрутился вокруг своей оси со скоростью не менее 30 градусов в секунду. Гагарин позже назовет это «кордебалетом». Перегрузки были чудовищными, вращение хаотичным и долгим — почти десять минут.
Кроме того, автоматика не отделила спускаемый аппарат от приборного отсека. Ситуацию спасли термодатчики: при нагреве в верхних слоях атмосферы они запустили резервную систему разделения. Еще немного — и корабль рухнул бы на Землю целиком, вместе с космонавтом.
Потеря связи и последний рывок
На каком-то этапе связь с Гагариным пропала полностью. Королев, по воспоминаниям генерала Каманина, кричал в микрофон срывающимся голосом, сжимая его трясущимися руками. Несколько минут Центр управления полетом ничего не знал о состоянии космонавта. Связь восстановилась сама собой, и Гагарин бодрым голосом доложил, что всё в порядке.
При входе в атмосферу обшивка корабля раскалилась. Гагарин увидел это через иллюминатор и передал в эфир: «Я горю, прощайте товарищи». В тот момент он не знал, что это нормально — конструкция была рассчитана на такие нагрузки.
Приземление не там, где ждали
Из-за ошибки в траектории Гагарин приземлился не в Куйбышевской области (ныне Самарская), а в Саратовской. Вместо подготовленных специалистов его встретили жена местного лесника и шестилетняя внучка. Из-за этого даже задержали сообщение ТАСС о полете.
Спускаться пришлось на двух парашютах вместо трех. В складках одежды запутался тросик клапана подачи атмосферного воздуха — Гагарин открыл его только через пять минут, рискуя задохнуться. Носимый аварийный запас, содержащий всё для выживания, потерялся при спуске.
Всего Центр управления насчитал одиннадцать нештатных ситуаций во время возвращения. Почти каждая из них могла стоить космонавту жизни. Но Гагарин вернулся. Не благодаря, а вопреки.
