Летом 1966 года у крымского мыса Тарханкут на глубине одиннадцати метров появился первый в СССР обитаемый подводный дом. Его построили не государственные институты и не оборонные КБ, а обычные энтузиасты из донецкого клуба подводного плавания «Скорпена» при медицинском институте. Хирург и водолаз Александр Хаес, инженер Дмитрий Галактионов, шахтёр Юрий Советов и ещё несколько человек за пять месяцев собрали стальной цилиндр объёмом всего шесть кубических метров. Они назвали его «Ихтиандр-66» — в честь героя Беляева и в пику Жаку-Иву Кусто, чьи «Коншельфы» уже работали во Франции. Никто не давал им денег и оборудования. Всё сделали на свои. И всё-таки 23 августа 1966 года в этом тесном «стакане» поселились первые советские акванавты.
Как собрали «стакан» на дне
Дом представлял собой горизонтальный цилиндр без дна, с арочной крышей. Четыре иллюминатора из оргстекла диаметром двести миллиметров давали естественный свет. Внутри — две койки одна над другой, маленький столик, телефон, ящик для инструментов и акваланги на случай аварии. Принудительная вентиляция позволяла даже курить, не задыхаясь от углекислоты. Воздух, электричество и пресную воду подавали с берега по шлангам и кабелям. Балласт — пять бетонных блоков по полторы тонны каждый — держал дом на грунте.
19 августа 1966 года конструкцию погрузили. Шторм чуть не сорвал эксперимент: тросы натянулись, дом раскачивало. Но всё выдержало. На следующий день акванавты спустились вниз. Давление внутри равнялось давлению воды на этой глубине — примерно в два раза выше атмосферного. Выход из дома был открытым: акванавты просто надевали акваланги и выходили в море, как из обычной комнаты.
Первые сутки под водой
Александр Хаес провёл первые сутки в одиночестве. В его дневнике сохранились точные записи: «В доме не холодно, хотя и сильная влажность. Я довольно удобно расположился на нарах… Время летит быстро. За иллюминаторами густые сумерки, прошу выключить свет и наблюдаю наступление ночи под водой. Близко видна скала, поросшая подводными джунглями». Он назвал местных обитателей по именам: зелёную рыбку — «Рыжей Машкой», краба — «Митькой».
Затем к нему присоединился Дмитрий Галактионов. Они прожили вместе трое суток. Потом Галактионова сменил Юрий Советов. Всего в «Ихтиандре-66» люди провели шесть дней в общей сложности. Это был первый в СССР опыт длительного пребывания под повышенным давлением в реальных морских условиях.
Как ели, дышали и работали
Питание доставляли водолазы в специальных контейнерах. Рацион — около пяти тысяч килокалорий в сутки: консервы, хлеб, овощи, фрукты. Готовить было негде, поэтому ели холодное или разогретое в термосах. Воду пили пресную, подаваемую по шлангу. Санузел представлял собой простую систему, соединённую с поверхностью.
Воздух подавался компрессором, найденным на свалке и отремонтированным своими руками. Влажность была высокой, температура держалась около двадцати градусов. Акванавты выходили наружу для работы: собирали образцы грунта, наблюдали за морской жизнью, проводили простейшие гидрологические измерения. Связь с берегом — по телефону. Каждый вечер они докладывали о самочувствии и результатах.
Испытания на прочность
Самое тяжёлое — психологическое и физиологическое напряжение. Дом раскачивало даже при небольшом волнении. Ночью акванавты просыпались от ощущения, что тросы вот-вот лопнут. Давление меняло голос: он становился высоким и комичным. Декомпрессия при подъёме занимала часы — нужно было постепенно снижать давление, чтобы избежать кессонной болезни.
Тем не менее эксперимент прошёл успешно. Люди не только выжили — они работали, наблюдали, вели дневники. «Ихтиандр-66» доказал: человек может жить под водой не несколько часов, а дни и недели.
«Ихтиандр-67» и дальнейшая судьба.
Уже в 1967 году в Ласпинской бухте под Севастополем спустили «Ихтиандр-67» — более совершенную четырёхкомнатную станцию на пятерых человек. Она простояла две недели. Акванавты провели полноценные научные наблюдения, взяли с собой подопытных животных — кроликов и морских свинок.
Проект оставался любительским. Государство не спешило его финансировать. В 1968 году «Ихтиандр-68» едва не погиб во время шторма. После этого энтузиасты передали эстафету профессионалам. В 1968–1974 годах в Голубой бухте Геленджика работали уже государственные станции «Черномор-1» и «Черномор-2» Института океанологии имени Ширшова. Там акванавты жили по три недели на глубине до тридцати метров, проводили серьёзные исследования.
Сам «Ихтиандр» как любительский проект тихо завершился. Но именно он стал первым шагом. Благодаря донецким энтузиастам советская наука получила бесценный опыт длительного пребывания человека под водой.
Уроки, которые остались на дне
Сегодня на месте «Ихтиандра-66» у Тарханкута стоит памятный знак. Сам дом давно поднят и разобран. Но воспоминания акванавтов — Хаеса, Галактионова, Советова — сохранились в дневниках и интервью. Они рассказывали одно и то же: под водой было страшно, тесно, влажно, но невероятно интересно. Человек впервые почувствовал себя не гостем, а жителем моря.
Проект «Ихтиандр» показал: советские люди могли строить подводные дома даже без больших денег и мощной государственной поддержки. Они доказали возможность долгого пребывания под водой задолго до того, как это стало частью больших океанологических программ. И хотя сам дом просуществовал недолго, он открыл дорогу тем, кто пришёл следом.
В этом и заключается настоящая ценность «Ихтиандра»: не в рекордах и не в размерах, а в том, что обычные люди, скинувшись по восемьдесят пять рублей, смогли сделать то, что до них делали только в самых богатых странах мира. Они поселились на дне Чёрного моря. И показали, что человек способен жить там, где раньше жил только рыба.
