Впервые о существовании «расстрельных списков» заговорили не в самиздате, а с высокой трибуны. В феврале 1956 года на закрытом заседании XX съезда КПСС Никита Сергеевич Хрущёв огласил свой знаменитый доклад «О культе личности и его последствиях». Он прямо заявил: в НКВД сложилась порочная практика, когда на членов Военной коллегии заранее готовились списки обречённых. «Эти списки направлялись Ежовым лично Сталину», — подчеркнул тогдашний лидер страны.
Позже, в диссидентской среде, число жертв стали раздувать до астрономических цифр с шестью нулями. Апологеты же сталинского режима, напротив, дружно отрицали сам факт существования таких бумаг.
Точку в спорах поставил 2002 год: Архив Президента России и правозащитное общество «Мемориал»* опубликовали подлинные «расстрельные списки». Сегодня их может изучить любой желающий — документы находятся в открытом доступе в интернете.
Когда и почему они появились?
«Расстрельными списками» историки называют перечни людей, приговорённых к смерти (реже — к лагерным срокам от 5 до 10 лет) ещё до формального суда. Следствие проводилось поверхностно, чаще всего — под пытками.
Первые подобные перечни датированы 1936 годом. Пик пришёлся на 1937–1938 годы — эпоху так называемого «большого террора». Отдельные списки составлялись и позже: в 1940, 1942 и даже 1950 годах.
Почему Сталин развернул массовые репрессии? Историки спорят до сих пор. Самая распространённая версия: «вождь народов» решил раз и навсегда уничтожить всех потенциальных противников. Формальным поводом стало убийство Сергея Кирова в 1934 году. А теоретическим обоснованием — тезис Сталина об обострении классовой борьбы по мере строительства социализма.
К 1936 году власть чётко определила «категории» подлежащих уничтожению. В чёрный список попали:
-
«троцкисты», «зиновьевцы», эсеры;
-
бывшие кулаки, белогвардейцы, дворяне и священники;
-
военные кадры, сотрудники НКВД, инженеры и управленцы.
Были среди репрессированных и подлинные агенты иностранных разведок — «пятая колонна», но их доля ничтожна по сравнению с масштабом трагедии.
Как выглядели эти списки?
После убийства Кирова 1 декабря 1934 года ЦИК и СНК СССР приняли постановление, которое упростило суд над «врагами народа» до предела:
-
расследование — не более 10 дней;
-
суд без свидетелей, прений сторон и права на помилование;
-
приговор приводился в исполнение в день вынесения.
В 1937 году, при наркоме Ежове, в моду вошли «тройки» и так называемые «альбомные расстрелы» (на сленге чекистов — казни «по спискам»).
Списки составляли секретари обкомов и крайкомов, затем их оформляла Военная коллегия Верховного суда. Окончательное решение — с пометками «за» или «одобряю» — ставил лично Сталин или его ближайшие соратники. Сохранившиеся автографы вождя не оставляют сомнений: он знал и руководил процессом.
Документы оформлены с педантичной бюрократичностью. На первой странице — заголовок «Список лиц, подлежащих суду Верховной коллегии Военного суда». Далее — сводка по регионам и категориям приговора:
-
1-я категория (расстрел) — абсолютное большинство;
-
2-я категория (10 лет лагерей);
-
3-я категория (5–8 лет) — крайняя редкость.
Затем шёл столбец фамилий, иногда с пометками: «троцкист», «эсер» и т.п.
Всего в архивах обнаружено 388 списков (Хрущёв называл 383). Общее число имён — 45 тысяч. Из них по первой категории — 40 тысяч, по второй — 5 тысяч, по третьей — всего 102 человека.
Возражения сталинистов
С момента снятия грифа секретности и публикации «расстрельных списков» отрицать их существование стало крайне сложно. По этой причине сталинисты избирают сегодня иной путь обеления политики «вождя народов». Списки объявляются не «расстрельными» и предлагается считать, что деление на категории – это не приговоры, а не более чем рекомендации для судей. Высказывается мысль и о том, что Сталин просматривал списки с целью смягчения или «уточнения» участи того или иного человека. В качестве доказательства приводятся пометки Сталина, отменяющие или смягчающие наказание.
Единичные случаи такого рода действительно имели место.
Эпоха сталинских репрессий – безусловно, одна из самых мрачных страниц советской истории. Однако, подвергая справедливому осуждению деятельность Ежова, Берии, руководителей НКВД, самого Сталина, следует помнить о том, что «расстрельные списки» составлялись на местах, и что руководители партийных структур подчас соревновались друг с другом в том, кто составит более обширные перечни «врагов народа» и разоблачит больше «агентов иностранных разведок» и «троцкистов». И одним из наиболее активных составителей «расстрельных списков» был и сам автор доклада «О культе личности» Н.С. Хрущев.
*Общество «Мемориал» внесено Минюстом РФ в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента.
