22 марта 1943 года белорусская деревня Хатынь стала местом жесточайшей карательной операции. Силы СС и коллаборационистского 118-го полицейского батальона окружили селение и заживо сожгли в колхозном сарае 149 мирных жителей. Более половины из них были детьми. Спастись удалось лишь восьмерым.
Официальная версия
Командир карательного батальона майор Эрих Кернер в своем рапорте пытался представить акцию как боестолкновение. Он утверждал, что партизаны, преследуемые немцами, оказали ожесточенное сопротивление, стреляя из каждого дома, в результате чего пострадало «много местных жителей, часть которых погибла в огне».
Однако также материалы послевоенных расследований, основанные в том числе не свидетельствах немногих уцелевших, рисуют иную картину. Карательная операция стала ответом за нападение партизан на немецкую автоколонну. Командира отряда буквально привела в бешенство гибель олимпийского чемпиона по толканию ядра в Берлине 1936 года Ганса Вельке. Желая отомстить, фашисты целенаправленно уничтожили все гражданское население деревни. Людей согнали в сарай, обложили его соломой, облили бензином и подожгли. Тех, кто пытался вырваться из пламени, расстреливали.
Истории спасения
Несмотря на жестокость и тщательность, с которой немцы подошли к уничтожению жителей деревни, восьмерым удалось выжить. Двум девушкам, Марии Федорович и Юлии Климович, удалось выбежать из горящего сарая. В дыму они остались незамеченными, и их спасли жители соседней деревни Хворостени. Правда, и спасшихся, и спасителей вскоре постигла та же участь — немцы уничтожили и соседнее поселение.
Дети — Володя и Софья Яскевичи, а также Александр Желобкович — смогли укрыться в куче картофеля. Их заметил один из полицаев, но не решился брать грех на душу и лишь прикрикнул, чтобы сидели тихо.
Семилетнего Витю Желобковича накрыла собой умирающая мать, что спасло его от пуль и пламени. Раненого же 12-летнего Антона Барановского каратели сочли мертвым. Оба мальчика позже были найдены и взяты на воспитание жителями других деревень.
Также сочли погибшим и раненного 56-летнего кузнеца Иосифа Каминского. Придя в себя ночью среди пепелища, он нашел своего смертельно раненого сына Адама, который скончался у него на руках. Именно этот трагический эпизод лег в основу центрального монумента мемориала «Хатынь» — скульптуры «Непокоренный человек» с убитым ребенком на руках.
Послевоенные судьбы
Жизнь немногих уцелевших была навсегда отмечена пережитым ужасом. Жестокой издевкой судьбы выглядит гибель Антона Барановского в 1969 году при пожаре в Оренбурге. Иосиф Каминский вплоть до своей смерти в 1973 году часто приходил на мемориал, ставший памятником его семье и всей деревне. Александр Желобкович стал кадровым военным, ушел в запас в звании подполковника. Умер в 1994 году. Владимир Яскевич долгие годы работал на Минском автозаводе, и умер в 2008 году.
По данным на 2023 год, единственными живыми свидетелями трагедии оставались Софья Яскевич и Виктор Желобкович. Оба они находились на заслуженном отдыхе, проживая в Беларуси.
