Вскоре после разгрома Гитлера вчерашние союзники превратились в смертельных врагов. Европа разделилась на два лагеря, а граница между ними ощетинилась вышками и минными полями. Генералы по обе стороны колючей проволоки лихорадочно чертили карты, рассчитывая, как уничтожить противника.
К счастью, большинство этих планов так и остались пылиться в сейфах. Один из самых страшных и масштабных — советская операция «Семь дней до реки Рейн». Если бы она стала реальностью, Европа сегодня выглядела бы совсем иначе.
Ответный удар, который стоил бы Польше 2 миллионов жизней
Название операции звучит как название голливудского блокбастера. Но содержание — чистый триллер. План, разработанный лучшими советскими военачальниками, предполагал стремительный захват Западной Европы с массированным применением ядерного оружия.
Важный нюанс, о котором часто забывают: Москва не собиралась наносить удар первой. Операция носила исключительно ответный характер. Но от этого она не становилась менее пугающей.
Советские стратеги исходили из того, что ядерный удар НАТО придется по Польше. Зачем? Ответ чисто военный: поляки перекрывали прямое сообщение между СССР и группировкой войск в ГДР, Чехословакии и Венгрии. Уничтожив Польшу, Заблокировав переправы через Вислу и отравив радиоактивной пылью всю страну, НАТО разрезало бы силы Варшавского договора надвое.
Цена этой логики — 2 миллиона польских жизней. Именно столько мирных граждан, по расчетам советских генералов, должны были погибнуть в первые же часы после удара. Города на Висле превращались в пустыню, вода в реке становилась смертельно опасной.
Но это не означало капитуляции. Наоборот, удар по Польше становился спусковым крючком для тотального контрудара.
60 тысяч танков на прорыв к Ла-Маншу
Ответ СССР планировался чудовищным по масштабу. На границах Восточной Европы была сосредоточена армада — около 60 тысяч танков. Этой бронированной лавине предстояло смести все на своем пути.
Наступление должно было идти широким фронтом по трем направлениям: Западная Германия, Дания и страны Бенилюкса. Тактика — комбинированная: там, где нужно, ядерные удары выжигают узлы обороны НАТО, там, где можно, — классический танковый блицкриг.
Цель — за считанные дни выйти к Ла-Маншу, отрезав американские силы от европейских союзников и принудив блок к капитуляции. Италия, Франция и Великобритания в плане всерьез не рассматривались — считалось, что после потери континентальной Европы они уже не опасны.
Учения в рамках подготовки к этой операции проводились вплоть до 1990 года. Уже рушилась Берлинская стена, уже пахло объединением Германии, а советские генералы все еще прокручивали в штабах сценарии ядерного апокалипсиса.
Версия польских властей
Вопреки своей жестокости, план «Семь дней до реки Рейн» неправильно было бы рассматривать, как стратегическое решение государства-агрессора. В целом, там присутствуют решения, обусловленные реакцией на враждебные действия.
Однако временами появляются утверждения, согласно которым СССР и иные страны социалистического лагеря сами планировали развязать ядерную войну против стран НАТО. Упоминания об этом чаще всего раздаются в Польше. Первые утверждения об агрессивном наступательном характере операции было высказаны в 2005 году во время выступления польского министра обороны Радослава Сикорского. Он анонсировал ранее засекреченные данные о проведении масштабных учений в 1979 году в ГДР и, изучив их характер, пришел к выводу, что учения лишь прикрывались оборонительными целями, а на самом деле носили откровенно хищнический характер.
Впрочем, заявления польских властей можно объяснить иными причинами – они могли прибегнуть к антикоммунистической риторике исключительно из популистских целей, дабы набрать себе несколько лишних политических очков на спекуляции темой социалистического прошлого страны,болезненной для многих поляков.
Представители бывшего советского генералитета полностью отрицают агрессивную направленность плана, объясняя это тем, что у властей социалистического лагеря никогда не было стремления развязать ядерную войну с целью захватить страны западной Европы и обратить весь мир в выжженное пепелище.
