Потомок Рюрика, русский аристократ, оксфордский студент, белый офицер, австралийский охотник на кенгуру, американский отельер и создатель спецназа США — все это один человек. Сергей Оболенский прожил жизнь, которой хватило бы на три приключенческих романа. И почти всё в ней — чистая правда.
Студент, корнет, узник
Князь Сергей Платонович Оболенский родился в семье, где мужчины веками носили мундиры. Казалось, путь предрешен. Но юный князь огорошил родителей: вместо военной карьеры он захотел изучать экономику и право в Оксфорде. В Англии он обзавелся связями, которые потом пригодятся, и научился думать не по-военному, а по-деловому.
Когда грянула Первая мировая, Оболенский бросил учебу и вернулся в Россию. Пошел добровольцем на фронт. Воевал храбро, получил Георгиевский крест и два ордена. Потом была Гражданская — в белых войсках. В 1918-м в киевской тюрьме он случайно оказался в одной камере с Голицыным и Гончаренко. Тот самый Гончаренко, который позже напишет знаменитую песню про поручика Голицына и корнета Оболенского. Для истории песня стала легендой. Для самого Оболенского — лишь мелким эпизодом.
Белое движение проигрывало. Оболенский понял это раньше других и увез семью за границу.
Охота на кенгуру и гостиничная империя
В эмиграции большинство русских дворян влачили жалкое существование. Оболенский — не из их числа. Оксфордское образование и старые знакомства позволили ему устроиться торговым представителем британской фирмы. Параллельно он играл на бирже. Семья не бедствовала.
С первой женой, княгиней Барятинской (внебрачной дочерью Александра II), они расстались — у нее оказался редкий оперный голос, она ушла в музыку. Оболенский уехал в Австралию продавать сельхозтехнику. Там вел вполне аристократическую жизнь: играл в гольф и охотился на кенгуру. Там же встретил новую любовь — дочь Джона Астора, основателя гостиничной империи «Астория».
Женитьба на Астор открыла двери в американский бизнес. Оболенский занялся отелями и преуспел. Принял гражданство США, завел новые знакомства, водил дружбу с балетными труппами, импортировал вина, ездил на Галапагосы ловить черепах для океанариума. Жизнь удалась.
Пятидесятилетний рекрут
Началась Вторая мировая. Оболенскому стукнуло пятьдесят. У него были деньги, связи, комфорт и покой. Он пошел в армию рядовым.
Подал заявку в школу диверсантов. Там учили взрывать мосты, ориентироваться в тылу врага, убивать тихо и быстро. Князь справлялся не хуже двадцатилетних. А еще сделал то, что никто не просил: раздобыл советскую брошюру «Спутник партизана», которую перебежчик Бармин вывез из СССР, и перевел ее на английский. Американцы офигели: там было всё — от подрывов рельсов до организации засад. Опыт советских партизан лег в основу подготовки американских коммандос.
Оболенского назначили инструктором. Но прежде чем учить других, он освоил всё сам: прыгал с парашютом, водил танки, пилотировал планеры, стрелял из любого оружия. Так он стал самым старым парашютистом армии США — в пятьдесят с хвостиком.
Светский раут на секретном задании
В 1943 году Оболенского с группой забросили в Алжир, а оттуда на Сардинию. Миссия была в высшей степени секретной – Оболенскому предстояло тайно добраться до ставки генерала Бассо, командующего итальянскими войсками, и убедить его перейти на сторону армии США, а не поддерживать Муссолини. Все получилось блестяще, отчасти и потому, что в ставке Бассо Оболенский обнаружил племянника своего давнего петербургского знакомца графа Греппи. Как рассказывали очевидцы, после этого «миссия превратилась в светское мероприятие», так дружелюбны стали итальянцы.
Еще одно секретное задание было связано с подготовкой высадки союзных войск в Нормандии. Перед этим на континент из Британии предстояло переправить несколько оперативных групп. В составе одной из них во Францию переправился и сам Оболенский. Вновь миссия увенчалась полным успехом.
Вскоре после этого Оболенский оставил службу – годы давали знать о себе – и вновь занялся отельным бизнесом. Умер он в 1978 году в штате Мичиган.
