Когда сегодня слышишь слово «Сочи», первое, что приходит в голову — олимпийские объекты, пальмы, галька и вечные пробки. Но мало кто вспоминает, что у этого города-курорта были хозяева задолго до того, как здесь появились первые санатории.
Шапсуги. Одно из двенадцати адыгских племён, которое когда-то держало в страхе всё Черноморское побережье. В XIX веке их насчитывалось несколько сотен тысяч, они наводили ужас на русские укрепления, а их сопротивление вошло в легенды. Сегодня официально в России их чуть меньше двух тысяч, хотя сами шапсуги считают, что на самом деле их в разы больше.
Откуда взялось название
«Шапсуги» — это русский вариант. Сами себя они называют «шапсыгъ» и «адыгэ». Самоназвание, кстати, переводится просто и без лишней патетики — «живущие у моря». А вот откуда взялся этноним «шапсуги», доподлинно неизвестно. Самая популярная версия — от названия реки Шапсухо, в долине которой когда-то жили три древнейших рода. Так или иначе, к XVIII веку это было уже одно из самых крупных и боеспособных адыгских племён. Территория, которую они контролировали — так называемая Шапсугия — простиралась от Джубги до Шахе на побережье и уходила далеко в горы по северным склонам Кавказского хребта.
Общество без князей
Шапсуги — уникальный для Кавказа случай. В то время как у соседних народов всем заправляли князья (пши), у шапсугов их попросту не было. Вуорки (дворяне) стояли на вершине иерархии, но их привилегии под давлением народа постоянно урезали. Общинами управляли старейшины, а судили по адату — традиционному праву горцев. Позже формально перешли на шариат, но без князей. На Кавказе это была настоящая аномалия: демократия в горах.
Жили большими семьями — по двадцать, а то и по сто человек в одном хозяйстве. В горах предпочитали селиться отдельными родовыми усадьбами вдоль рек. Со стороны казалось, что вся долина — один огромный аул.
Основой жизни были земледелие и садоводство. Сеяли просо, пшеницу, ячмень, а с конца XVIII века — кукурузу, которая быстро стала основой рациона. Разводили скот, занимались коневодством, виноградарством и пчеловодством.
Война, которую они проиграли
Кавказская война для шапсугов стала точкой невозврата. Они сопротивлялись отчаянно, пожалуй, как никто другой на побережье. В 1821 году в Калаусской битве три тысячи шапсугов атаковали Черноморскую кордонную линию. Русские казаки отбились, потери шапсугов составили около тысячи человек.
В 1840 году они участвовали в разгроме укреплений Черноморской береговой линии — одной из самых дерзких операций горцев за всю войну.
Но исход был предрешён. В 1864 году война закончилась. Для черкесов — и для шапсугов в том числе — это была катастрофа. Началось массовое выселение в Османскую империю. Только за первую декаду апреля 1864 года из Новороссийского и Анапского портов отправили несколько тысяч шапсугов. Людей грузили на суда, и этот маршрут по Чёрному морю стал кладбищем для огромного количества людей. Тех, кто остался, выселяли военными экспедициями, сжигая аулы и уничтожая запасы продовольствия.
Вот что писали в Большой советской энциклопедии: «Такое резкое уменьшение численности шапсугов отчасти объясняется физическим истреблением их в период завоевания Западного Кавказа царской Россией, а главным образом насильственным выселением их в 1864 вместе с прочими горцами в Турцию».
Из нескольких сотен тысяч человек на родине остались единицы.
Сегодня
В 2000 году шапсугов официально признали коренным малочисленным народом России. По переписи 2021 года, в стране их 1914 человек. Большинство живёт в Краснодарском крае — в аулах Туапсинского района и Лазаревского района Сочи. Говорят на шапсугском диалекте адыгейского языка, исповедуют ислам суннитского толка.
Конечно, реальная численность выше. Многие при переписях записываются адыгейцами или черкесами — так проще. Исследователи называют цифры в десять-тринадцать тысяч.
Вместо заключения
Сегодня в Сочи и его окрестностях можно встретить шапсугов. Они не ходят в черкесках с кинжалами, не требуют вернуть «земли предков». Они просто живут — в аулах, в городе, работают, растят детей, помнят язык. Это не музейный экспонат и не героические призраки из XIX века. Это живые люди с непростой историей, которую они предпочли бы не повторять.
