В Советском Союзе за пересказ политических анекдотов грозили репрессии, вплоть до лишения свободы или даже смерти. Однако сам Карл Радек, известный журналист и автор шуток о Сталине, избегал наказания в течение некоторого времени. Тем не менее, его судьба в конечном итоге оказалась не менее трагичной, чем у других "шутников".
Всесоюзный «Ходжа Насреддин»
В начале XX века Карл Радек был известным деятелем социал-демократического движения в Австро-Венгрии и Германии. После Октябрьской революции он переехал в Россию и начал работать в Коминтерне. После смерти Ленина Радек поддержал Троцкого, за что был исключен из большевистской партии в 1927 году. В 1930 году ему удалось восстановить членство в ВКП(б), но только после написания нескольких "покаянных" писем. В 30-е годы он занимал должность заведующего бюро международной информации ЦК и был хорошо осведомлен о всех важных политических событиях.
Даже находясь за границей, журналист славился своим умением шутить. Он выбрал псевдоним Радек в честь юмористического персонажа австрийских газет. В СССР его сравнивали с Ходжой Насреддином, весельчаком-балагуром из фольклора Средней Азии. Однако на самом деле Радек скорее продолжал традиции еврейского юмора. Он, например, приписывается фраза "Моисей вывел евреев из Египта, а Сталин – из Политбюро". Большинство шуток и анекдотов, связанных с Радеком, были посвящены "отцу народов" Сталину.
«С товарищем Сталиным сложно спорить, — утверждал Радек, — Ты ему цитату, он тебе – ссылку».
Партийный деятель имел в виду эпизод собственной биографии – вынужденное пребывание в Красноярске в 1927-1930 годах. Радек рассказывал антисоветские анекдоты при личных встречах, во время официальных мероприятий, в гостях. В обществе эти шутки распространялись «сверху вниз» — от коммунистической номенклатуры до простого народа. И то, что сходило с рук самому Радеку, могло «подвести под статью» рабочего или крестьянина. Немалая часть каламбуров Радека зафиксирована в отчётах НКВД. Однако перед лицом самого Сталина Карл Радек отпускать остроты не решался. Напротив, он всячески стремился угодить диктатору.
«Сталин долго к нему хорошо относился за его бесстыдную, но скользкую лесть», - писал о Радеке драматург Александр Гладков.
Опала и гибель
Радека арестовали вовсе не за анекдоты. В 1936 году он был обвинён в участии в «Параллельном антисоветском троцкистском центре». «Ходжа Насреддин» даже на суде посмеивался над своими подельниками. То, в чем он признавался, звучало так нелепо, что некоторые обыватели даже полагали, что вместо Радека в суд пришёл загримированный актёр. Возможно, что так он скрыто высмеивал сталинистов. Радеку назначили весьма мягкое наказание – 10 лет лишения свободы, однако из них он отбыл лишь 3 года.
19 мая 1939 года бывший секретарь исполкома Коминтерна погиб в Верхнеуральском изоляторе от рук других заключённых. Согласно отчёту администрации, Радека сильно ударили головой об пол. Официально виновным был «троцкист Варежников», который якобы напал на Радека и пытался его задушить. В 1956 году КГБ начало расследование обстоятельств гибели социал-демократа. Выяснилось, что ликвидировать Радека Лаврентию Берии приказал лично Сталин. Из материалов комиссии Николая Шверника следует, что в Верхнеуральск приехал оперуполномоченный НКВД Петр Кубаткин. Под его руководством в камеру внедрили уголовника Мартынова, но тот, спровоцировав драку, убить Радека не смог.
Операция удалась лишь со второго раза, причём по тому же сценарию. Роль «троцкиста Варежникова» исполнил бывший комендант НКВД Чечено-Ингушетии Иван Степанов. Ликвидация Радека стала для него пропуском на свободу – убийцу выпустили из тюрьмы уже в ноябре 1939 года с официальной формулировкой «за выполнение специального задания». Впоследствии Степанов служил в СМЕРШе. Петр Кубаткин же вскоре получил заметное повышение в должности, возглавив Управление НКВД по Московской области.
Карла Радека посмертно реабилитировали и восстановили в коммунистической партии лишь в конце 1980-х годов – как раз в то время, когда в стране начали активно печататься некогда сочинённые им политические анекдоты.
