Человек, который остановил бомбу
Выпускник легендарного Физтеха, Владимир Александров с начала 1970-х возглавлял лабораторию в Вычислительном центре Академии наук СССР. Его стихией была математика, а страстью — климат. Когда американский астрофизик Карл Саган выдвинул гипотезу о том, что ядерные пожары закроют небо сажей и погрузят планету во тьму и холод, именно Александрову предстояло проверить эту теорию на практике.
На суперкомпьютере БЭСМ-6 (гордости советской кибернетики) он построил модель глобальной катастрофы. Итог был шокирующим: даже если сверхдержавы используют лишь треть своих арсеналов, Землю накроет «ядерная зима». В Саудовской Аравии ударят сибирские морозы, сельское хозяйство рухнет, выжившие позавидуют мертвым.
В 1983 году Александров представил доклад в Вашингтоне. Эффект был подобен разорвавшейся бомбе, только бомбе миротворческой. Как вспоминал академик Никита Моисеев, работавший с Александровым, их приглашали выступать в сенате США и в Папской академии в Риме. «Люди поняли, что значит ядерная война», — говорил Моисеев. Из абстрактной теории расчеты Александрова превратились в мощный политический аргумент.
Прогулка, ставшая вечностью
К 1985 году 47-летний ученый был звездой антиядерного движения. Приглашение из Испании казалось рутинным: конференция безъядерных городов в Кордове, встречи с единомышленниками. 1 апреля Александров вернулся в Мадрид. До вылета в Москву оставалось несколько часов. Он вышел из гостиницы прогуляться... и растворился в воздухе.
В номере остались вещи и почти все деньги. Испанская пресса, склонная к сенсациям, писала, что русский профессор «не просыхал» все дни в Испании. Другие источники утверждали, что он жаловался на здоровье. Прибывшие сотрудники советского посольства прочесали город, но тщетно. Следствие зашло в тупик.
Шпионский триллер в довесок
Коллеги в Москве решили самое страшное: возможно, Александров пал жертвой уличных грабителей. Но КГБ имел свои соображения. Летом 1985-го на поиски в Италию отправили полковника Виталия Юрченко — и тот тоже бесследно исчез во время прогулки по Риму. Позже выяснилось: Юрченко перебежал к американцам.
Эта история получила название «Шпионский детектив века», а осенью того же года произошло невероятное: Юрченко снова исчез из-под носа ЦРУ и объявился в советском посольстве в Вашингтоне, заявив, что его похитили и накачали наркотиками. Этот скандал добавил делу Александрова еще больше тумана. Могла ли судьба ученого быть связана с игрой спецслужб?
Версии пропажи учёного
Судьба Юрченко заставляет предположить, что и Александров мог быть завербован, похищен или убит западными спецслужбами. Учёный представлял интерес как антивоенный деятель – тогда его могли решить «заткнуть». С другой стороны, Александрова могли использовать для просчёта последствий разных сценариев ядерной войны.
Задолго до исчезновения Александров имел тесные связи с Западом, он отлично знал английский язык, отличался «раскованным» характером. По свидетельству Моисеева, в конце 1970-х годов Александрову позволили провести расчёты на американском суперкомпьютере Cray-1 в центре климатических исследований в Боулдере (Колорадо). Тогда он жил в США восемь месяцев, и, конечно, не мог остаться вне поля зрения ЦРУ. Но ведомство отрицало какую-либо причастность к его исчезновению.
В 1987 году запрос в ЦРУ о судьбе Александрова направил сенатор Эдвард Кеннеди, симпатизировавший идеям русского физика. Директор спецслужбы Уильям Уэбстер ответил, что у него «нет никакой информации о том, что могло случиться с доктором Александровым», как и у других правительственных учреждений. Ранее, по его словам, тем же вопросом по разным каналам интересовался Советский Союз, но каждый раз получал отрицательный ответ.
Результаты советского расследования не были опубликованы. Единственное официальное заявление позволили себе в 1986 году власти Испании – они сообщили, что Александров не пересекал границ страны.
Спустя 36 лет недостатка в версиях о судьбе учёного по-прежнему нет. Знавший Александрова французский физик Жан-Пьер Пёти уверен, что тот стал жертвой заказного убийства. Научный журналист Эндрю Ривкин считает, что Александрова могли непреднамеренно убить кубинцы-охранники в посольстве СССР, недовольные его пьянством.
Но особый интерес представляет мнение соавтора Александрова, Никиты Моисеева, уверенного, что его коллега «погиб».
«Я думаю, почти уверен, что во всей этой трагедии основная роль принадлежит спецслужбам. Но кто здесь сыграл финальную роль, КГБ или ЦРУ, на этот вопрос ответа у меня нет», – писал академик в книге «Как далеко до завтрашнего дня».
Моисеев отмечал, что в США были люди, недовольные контактами Александрова и ВЦ АН СССР с Ливерморской национальной лабораторией (где велась разработка ядерного оружия). После смерти учёного эти научные связи были навсегда разрушены.
