Георгий Жуков в своих мемуарах «Воспоминания и размышления» неоднократно подчёркивал: одним из главных учителей в военном искусстве для него был Иероним Петрович Уборевич. В 1930-е годы, когда Жуков командовал кавалерийской дивизией в Белорусском военном округе, Уборевич был его непосредственным начальником — командующим округом. Жуков писал: «Многое я почерпнул от И.П. Уборевича в области оперативного искусства и подготовки войск». Это не просто вежливость: Уборевич был одним из самых талантливых военачальников РККА, теоретиком и практиком, чьи идеи повлияли на поколение командиров. Но в 1937 году этот учитель стал жертвой репрессий и был расстрелян.
Иероним Уборевич: путь от поручика до командарма
Иероним Петрович Уборевич родился в 1896-м в литовской крестьянской семье. В Первую мировую — поручик артиллерии, Георгиевский кавалер. После Февраля примкнул к левым эсерам, потом — к большевикам. В Гражданскую войне проявил себя блестяще: командовал дивизиями, армиями на Восточном и Южном фронтах. Громил Колчака, Деникина, Врангеля. По оценкам историка Владимира Дайнеса в биографии Уборевича, он был мастером манёвра и наступления: операции под Перекопом и в Крыму — классика.
В 1920-е Уборевич — реформатор: командовал округами — Ленинградским, Московским, Белорусским. Развивал идеи механизации, взаимодействия родов войск. Его статьи и доклады о подготовке командиров ценили в РККА. В 1935-м — командарм 1-го ранга, один из высших званий. Биографы, такие как Олег Преображенский, отмечают: Уборевич был строг, но справедлив, требовал инициативы, учил думать самостоятельно.
Жуков попал под его командование в 1931–1937 годах. Уборевич заметил талантливого кавалериста, продвигал его, разбирал на учениях ошибки и успехи.
Как Уборевич учил Жукова
Жуков в мемуарах подробно описывал: Уборевич учил оперативному мышлению — планировать не на день, а на глубину операции. На манёврах в Белоруссии Уборевич ставил сложные задачи: прорыв укреплений, рейды в тыл, взаимодействие с авиацией и танками. Жуков вспоминал: «Иероним Петрович требовал творчества, не терпел шаблона». Это закалило Жукова: позже под Халхин-Голом и в 1941-м он применял именно уборевичевские принципы — внезапность, концентрация сил, глубокий охват.
Мужчины, которые берут фамилию супруги: что с ними не так
Уборевич был для Жукова ближе Тухачевского — прямым наставником, ежедневно проверявшим дивизию. Учения под его командованием — школа, где Жуков вырос от комдива до корпусного командира.
Арест и трагедия 1937 года
В мае 1937 года Уборевича арестовали в Смоленске, куда он прибыл на инспекцию. Обвинение — участие в «военно-фашистском заговоре» Тухачевского. По документам реабилитации (архивы ФСБ, опубликованные в 1950–1990-е), дело сфабриковано: пытки, ложные признания. Уборевич «признался» в шпионаже и подготовке переворота.
11 июня 1937 года — закрытый суд вместе с Тухачевским, Якиром и другими. Приговор — расстрел. Уборевич держался стойко: по свидетельствам выживших, отказался от последних слов, но не сломался. Расстрелян в тот же день.
Историки объясняют: Сталин уничтожал независимых командиров, боясь их популярности и связей. Уборевич критиковал вмешательство политики в армию, был близок к Тухачевскому. Репрессии обезглавили РККА: потеряно тысячи офицеров.
За что расстреляли: страх Сталина
Официально — заговор с целью свергнуть власть и сотрудничать с Германией. Доказательства — «признания» и фальшивки НКВД. Реальность — Уборевич был предан делу, но независим. Сталин видел в нём угрозу: талант, авторитет в армии, литовское происхождение (подозрения в «национализме»).
Жуков пережил чистку: его допрашивали, но не тронули — возможно, благодаря осторожности и отсутствию связей с «заговорщиками». Но потеря учителя ударила: Жуков позже говорил, репрессии ослабили армию перед войной.
Идеи Уборевича Жуков воплотил в полной мере: манёвр, инициатива, подготовка войск. Халхин-Гол — классический уборевичевский охват. Москва 1941-го, Сталинград — глубокие операции в духе учителя.
