В середине 1960-х годов в пустыне под Бухарой полыхал неугасимый факел. Столб пламени высотой с двадцатиэтажный дом горел три года, сжигая миллионы кубометров газа и превращая окрестности в выжженную землю. Потушить его не могли ни пожарные, ни артиллеристы. Тогда ученые предложили средство, от которого у многих сегодня волосы встают дыбом: ядерный взрыв.
Огненная река
В 1956 году в Бухарской области открыли гигантское газовое месторождение Газли. Узбекистан стремительно превращался в главный газодобывающий регион СССР. Одной из ключевых точек стал Урта-Булак — название, которое переводится с узбекского как «средний родник». Но 1 декабря 1963 года здесь забил не родник, а адский фонтан.
При бурении скважины газ попал в пласт с аномально высоким давлением и содержанием сероводорода. Вырвавшись на поверхность, он мгновенно воспламенился. Буровая вышка рухнула, защитная арматура разлетелась вдребезги. Над пустыней взметнулся огненный столб высотой 70 метров. Температура вокруг была такова, что к эпицентру нельзя было подойти ближе чем на четверть километра.
Борьба с пламенем длилась почти три года. Пожарные пытались сбить огонь водой и пеной — бесполезно. Артиллеристы били по факелу из орудий, надеясь, что ударная волна собьет пламя. Горелка даже не думала гаснуть. Единственное, что удалось сделать — насыпать бульдозерами огромный песчаный вал, чтобы огонь не пошел дальше, пожирая пустыню.
Руководитель операции Камиль Мангушев вспоминал страшную картину: «Все, что могло гореть, давно сгорело. Это была мертвая раскаленная земля. По ночам стаи перелетных птиц, привлеченные светом, попадали в эту огненную пляску смерти и сгорали, не долетев до земли». Факел Урта-Булака стал настолько заметной точкой на карте, что его нанесли на полетные карты авиатрасс в Индию и Юго-Восточную Азию, чтобы самолеты не приняли его за что-то иное.
Бомба вместо огнетушителя
К 1966 году стало ясно: традиционные методы бессильны. Нужно было не тушить пламя снаружи, а перекрыть газовый канал глубоко под землей. И тогда ученые предложили вариант, который сегодня кажется безумным, но тогда выглядел единственно возможным — ядерный взрыв.
Разработку проекта поручили легендарному КБ-11 в Сарове (Арзамас-16), тому самому, где создавали советскую атомную бомбу. К тому моменту физики уже экспериментировали с мирными ядерными взрывами. Мангушев консультировался с президентом Академии наук Мстиславом Келдышем и атомным министром Ефимом Славским. Расчеты показывали: взрыв на глубине должен сдвинуть плотные слои породы и попросту пережать скважину, как пережимают шланг.
Риск был колоссальный. Рядом находились узбекские города Каган, Каракуль, Караул-Базар и всего в 200 километрах — древняя Бухара с ее бесценными памятниками. Любой просчет грозил катастрофой. Тем не менее, после долгих консультаций и одобрения Леонида Брежнева, операцию назначили на 30 сентября 1966 года. К тому моменту факел горел уже 1074 дня.
22 секунды до тишины
Под руководством инженера Владимира Лебедева в Сарове изготовили специальный ядерный заряд мощностью 30 килотонн. Для сравнения: это вдвое мощнее бомбы, сброшенной на Хиросиму. По наклонной штольне заряд опустили на глубину полтора километра. Из-за близости пылающего факела грунт раскалился, и «изделие» постоянно охлаждали, чтобы оно не сдетонировало раньше времени.
В назначенный час под землей прогремел взрыв. Поверхность качнулась, и… пламя начало гаснуть. Всего через 22 секунды огненный факел, терзавший небо три года, исчез. Взрыв сместил породы, надежно перекрыв аварийную скважину.
Это был триумф советской инженерной мысли. Участников операции наградили Государственной премией, а метод ядерного тушения взяли на вооружение. Через полтора года с его помощью потушили факел на месторождении Памук (также в Узбекистане), а в 1972 году — на Майском месторождении в Туркмении.
Сегодня Урта-Булак остается уникальным примером мирного использования атома, когда ядерная энергия не разрушала, а спасала, и напоминанием о том, на какие смелые эксперименты была готова наука ради решения, казалось бы, неразрешимых задач.
