Ядерный залп, который не спас СССР: как русские подводники поставили рекорд, недостижимый для США
Океанский Армагеддон на репетиции
Атомные подлодки с ядерными ракетами на борту десятилетиями невидимо патрулировали океаны, ожидая приказа. К концу 80-х советский флот имел на вооружении ракетоносцы проекта 667А «Навага», каждый из которых нес 16 баллистических ракет. Но выпустить весь боекомплект разом — задача, которая казалась фантастической даже для самых отчаянных стратегов. Слишком велик был риск, что лодка просто не выдержит такой нагрузки, а ракеты поубивают друг друга при старте.
Тем не менее, жизненная необходимость заставила рискнуть. Когда Михаил Горбачев договорился с американцами о сокращении вооружений, в Генштабе встал вопрос: что резать? Подводники, чтобы сохранить свой флот, должны были доказать: одна их лодка стоит армий. А для этого требовалось показать, что они способны превратить субмарину в «ядерный вулкан», извергающий смерть залпом.
Так родилась операция «Бегемот».
Первый блин комом
Название выбрали под стать — свирепый, неповоротливый, но смертоносный гигант. В 1989 году «Бегемот» отправился на стрельбы. И провалился с треском. Из-за технических неполадок (началась коррозия трубопроводов от жидкого имитатора топлива) пять из шестнадцати ракет не смогли стартовать. Лодка вышла из коридора глубин, пуски остановили. Операция закончилась ничем.
Обидно? Смертельно. Но выводы сделали. «Жидкость» заменили на кварцевый песок и металлический балласт. И дали команду готовить повторный удар.
«Бегемот-2»: 16 шагов до апокалипсиса
Честь исправить ошибку выпала новейшей атомной подлодке К-407 (позже ее назовут «Новомосковск») и ее командиру — капитану 2-го ранга Сергею Егорову. Месяцами экипаж репетировал запуск вслепую, доводя движения до абсолютного автоматизма. Когда контр-адмирал Юрий Егоров убедился, что люди готовы, дал «добро».
6 августа 1991 года. Баренцево море. На борту, помимо экипажа — контр-адмирал Леонид Сальников и главный конструктор подлодки Сергей Ковалев. В самый ответственный момент чуть не сорвалась связь с надводным кораблем обеспечения. Сальников берет ответственность на себя: «Пуск!» И океан взорвался.
Первая ракета Р-29РМУ2 «Синева» вырвалась из воды, оставив за спиной облако пара. Через 14 секунд — вторая. Третья. Пятая. Восьмая. Двенадцатая. Шестнадцатая!
Очевидец, офицер-подводник Николай Черкашин, писал: «Вот, проклюнувшись из воды, оставив на поверхности моря облако пара, взмыла ввысь и скрылась в полярном небе первая ракета; через несколько секунд за ней устремилась с воем вторая, третья... двенадцатая... шестнадцатая!»
Зрелище, достойное Судного дня. Первая и последняя ракеты пролетели 8 тысяч километров и точно поразили цели на камчатском полигоне «Кура». Остальные 14 самоликвидировались в атмосфере по плану. Тактико-техническое задание было перевыполнено.
Рекорд, который никому не нужен
Экипаж К-407 совершил невозможное: они доказали, что советский подводный флот способен в одиночку испепелить целую страну за несколько минут. До сих пор ни одна американская субмарина не рискнула повторить этот трюк. По данным разведки, даже после одиночного пуска ракеты американская лодка встает на полугодовой ремонт. А тут — 16 залпов подряд. Слишком сложно, слишком дорого, слишком страшно.
Но история сыграла с «Бегемотом» злую шутку. Через 12 дней после триумфа в Москве начался Августовский путч. Страны, которую защищали подводники, не стало. Наград за операцию герои не получили. В Пентагоне, конечно, крепко задумались: а выдержит ли их система предупреждения такой массированный удар? Но отвечать на этот вопрос американцам, к счастью, не пришлось. Ядерная дуэль осталась в прошлом.
А рекорд — остался за нами. Просто потому, что наши умели делать то, что другие даже не пробовали. Даже если это уже было не нужно той стране, за которую они шли под воду.
