Отец Раисы Горбачевой всю жизнь проработал на железной дороге. Символично, что именно в железнодорожных вагонах его семье пришлось скитаться, когда главу семьи забрали в лагеря. Максим Титаренко прошел через коллективизацию, лагеря и неожиданное родство с генсеком, но до конца дней остался беспартийным — и, пожалуй, единственным человеком, кто сохранял на Горбачевых если не влияние, то особый взгляд.
Путь на Алтай: от Чернигова до Веселоярска
Максим Андреевич Титаренко родился в 1907 году в Чернигове в семье переселенцев из деревни, которых земля не прокормила. В 1920-е годы молодой Титаренко отправился на Алтай — строить железную дорогу. Это была та самая романтика первых пятилеток, которую позже назовут «корчагинской». Строительство проходило через село Веселоярск, где Максим встретил свою судьбу — Александру Параду.
Александра Петровна была дочерью зажиточного крестьянина. Для семьи Титаренко это обстоятельство станет роковым: в 1937 году ее отца расстреляли как кулака. Но до трагедии молодые успели создать семью. В 1932 году у них родилась первенец — дочь Раиса. Позже появились сын Евгений и дочь Людмила.
Тайное крещение в безбожную эпоху
1932 год — разгар антирелигиозной кампании. Церкви закрывались, священников расстреливали. Но Максим Титаренко, простой рабочий-путеец, нашел способ окрестить новорожденную дочь. Он принес девочку на квартиру к священнику. Сама Раиса Максимовна вспоминала: «Не в церкви — какая уж там церковь в 1932 году, в самый разгар борьбы с ними!»
Имя выбрал сам отец. Не по святцам — просто захотел, чтобы дочь жила как в раю, и назвал Раей.
Этот поступок требовал немалого мужества. Но Титаренко вообще не боялся идти против течения. Вскоре он совершил еще один шаг, за который поплатится свободой.
Лагерь и скитания: цена правды
Максим Андреевич не скрывал своего отношения к ускоренной коллективизации. Он считал ее несправедливой и не боялся говорить об этом вслух. Как пишет историк Николай Зенькович («Самые секретные родственники»), за такие высказывания Титаренко был арестован и отправлен в ГУЛАГ.
Счастье, что он отделался четырьмя годами и вернулся живым. Но эти годы стали тяжелейшим испытанием для его семьи. Жена Александра с тремя детьми осталась без жилья и средств к существованию. Они ютились в заброшенных железнодорожных вагонах — страшная ирония судьбы для семьи потомственного железнодорожника. Раисе, будущей самой элегантной первой леди СССР, эти холодные ночи запомнились на всю жизнь.
Беспартийный тесть генсека
После освобождения Титаренко вернулся к работе, но в партию так и не вступил. Он оставался верующим человеком и принципиально беспартийным. Когда его дочь вышла замуж за молодого комсомольского активиста Михаила Горбачева, это создавало определенную напряженность.
Однако отношения между зятем и тестем сложились теплые. В мемуарах «Я надеюсь…» Раиса Горбачева писала: «Несмотря на разницу в возрасте, он (Горбачев) стал для него (Титаренко) коммунистом, олицетворяющим правду и справедливость». Для старого беспартийного рабочего, прошедшего лагеря, зять-реформатор действительно казался воплощением надежд.
Впрочем, Максим Андреевич не дожил до краха партии и развала СССР. Он умер в 1986 году, за пять лет до событий, которые сделали его зятя первым и единственным президентом исчезнувшей страны.
Домашняя партийная ячейка и старый рабочий
Интересно, что Раиса Максимовна, преподававшая марксистско-ленинскую философию, была куда более политически ангажирована, чем ее отец. Михаил Горбачев в шутку называл жену главой «домашней партийной ячейки». Но Титаренко оставался самим собой — человеком из другого времени, с другим жизненным опытом.
Последние годы он провел в Краснодаре, работал, несмотря на пенсию. Сердечные проблемы заставили лечь в ЦКБ — врачи поставили его на ноги. Но сразу после возвращения в Краснодар, на пороге собственного дома, сердце остановилось.
Смерть отца Раиса переживала тяжело. Но в историю он вошел как человек, сумевший сохранить достоинство и веру в эпоху тотальной ломки. Железнодорожник, сиделец, беспартийный — он вырастил дочь, которая стала символом перемен. И пусть Раиса Максимовна учила студентов диамату, а мужа — политграмоте, главный урок она получила в детстве: от отца, который не побоялся окрестить ее в 1932-м и не вступил в партию, даже когда зять стал генсеком.
