«Русский с китайцем — братья навек» — к началу 1970-х эта строка из хрущёвской песни звучала как горькая ирония. Две коммунистические сверхдержавы находились в состоянии идеологической войны, граничащей с настоящей. Но парадоксальным образом жёсткая критика со стороны Пекина дала жизнь уникальному явлению внутри самого СССР — «советскому маоизму». Его адепты, разочарованные советской бюрократией, видели в Китае образец «подлинного» социализма и устраивали то, что было немыслимо для ортодоксальных диссидентов — забастовки на заводах.
Голос «подлинного социализма»: как идеи Мао проникали в СССР
Советская пропаганда клеймила маоизм как «националистическое» и «мелкобуржуазное» учение. Однако полностью перекрыть рупор идеологического соперника не удавалось.
Главным каналом влияния стало «Радио Пекина», вещавшее на русском с 1954 года. Несмотря на систематические «глушилки», мощные передатчики в Синьцзяне доносили до эфира двухчасовые блоки, начинавшиеся с гимна «Алеет Восток» и обязательных цитат «Великого кормчего». Дополняли картину книги и брошюры на русском, изданные в Пекине.
«Банные девы»: чем они занимались в русской парной
Китайская критика «советского ревизионизма» и партийной бюрократии находила отклик у тех, кто разочаровался в застойной советской реальности, но оставался верен коммунистическим идеалам. Критика «слева» казалась им куда более честной, чем критика «справа» от прозападных диссидентов.
От листовок к классовой борьбе: адепты Мао в действии
В протестном движении СССР маоисты были менее заметны, чем прозападные диссиденты. Однако и они отметились яркими выступлениями. Некоторые «поклонники Мао» писали гневные письма советским вождям партии и государства, другие решались на публичные действия. Чаще всего они действовали в одиночку, как например, театральный художник из Черниговской области Иван Панасецкий. 18 июля 1963 года он вывесил транспарант «Долой хрущевскую анархию! Да здравствует Коммунистическая партия Китая!»
Реже возникали кружки единомышленников, как в Батуми, где трое комсомольцев (Сванидзе, Кизилова, Миминошвили) в ночь на 4 августа 1963 года расклеили листовки «антихрущёвского» содержания. Политическая ориентация троицы была выражена ясно: «Наш вождь Мао Дзэдун!», «СССР нужен Мао Дзэдун». В Балаклее в те же годы братья Адольф и Владимир Романенко основали «Рабоче-крестьянскую революционную партию коммунистов». Когда братьев задержали, председатель Мао лично ходатайствовал перед Москвой, чтобы они не получили больших тюремных сроков.
Но наибольших результатов достигла подпольная организация «Рабочий центр» в Куйбышеве, которую можно отнести к «попутчикам» маоистов. У истоков организации, возникшей в начале 1970-х годов стоял инженер-нефтяник Алексей Разлацкий. Обладая типично «интеллигентским» складом ума, в молодости он увлекался поэзией, а позже занялся осмыслением политических вопросов. Написанный Разлацким «Второй коммунистический манифест» содержит позитивные реплики в адрес Мао Цзэдуна, при котором в Китае, по мнению автора, существовала «диктатура пролетариата».
Другой основатель «Рабочего центра» – рабочий литейного цеха Григорий Исаев – взял на себя практические действия. С его деятельностью связывают ряд инцидентов на ведущем предприятии Куйбышева – многопрофильном Заводе имени Масленникова. Весной 1974 года здесь отказались трудиться рабочие литейного цеха. Они потребовали выдать им спецодежду и наладить снабжение молоком и минеральной водой. Забастовка длилась всего несколько часов – дирекция завода пошла на уступки.
В том же году Исаев успешно организовал в литейном цехе ещё две забастовки. По сведениям писателя Алексея Волынца, под влиянием «Рабочего центра» на ЗИМе и других куйбышевских предприятиях состоялось «больше десяти забастовок». Вожаки движения готовы были перейти и к более серьёзным действиям.
«Забастовка, стачка – главное наше оружие. Но мы разучились им пользоваться. Мы только хватаемся за рукоять, как Администрация уже спешит нас успокоить, уступает нам в мелочах. И мы успокаиваемся, – писал Разлацкий в 1977 году в работе «Кому отвечать?». – Но мы же хозяева! Так что же мы робеем? Что мы стесняемся применить оружие против того, кто обобрал нас до нитки? Мы еще и благодарны грабителю за то, что он вернул нам лоскуток, чтобы прикрыть нашу наготу».
Пропагандой «Рабочего центра» были охвачены несколько сотен рабочих. На протяжении восьми лет госбезопасность не могла вычислить зачинщиков забастовок. В 1982 году Разлацкого и Исаева осудили по политическим статьям, на свободу они вышли уже в эпоху Перестройки. Исаев, возглавлявший в Самаре так называемый «Стачком», устраивал забастовки и политические акции в 1990-х годах.
