Леонид Брежнев, чье 18-летнее правление стало эпохой в истории СССР, и в личной биографии оставил любопытный парадокс. Многие историки, характеризуя его происхождение, используют двойную формулировку: «украинец-русский». Эта неопределённость отражает практичный подход будущего генсека, который на протяжении жизни менял указанную национальность в зависимости от карьерных обстоятельств.
Украинский период: вопрос карьеры, а не крови
Брежнев родился в 1906 году в селе Каменском Екатеринославской губернии (ныне Днепропетровская область Украины). Хотя его родители, Илья Брежнев и Наталья Мазалова, были этническими русскими, сам Леонид Ильич долгое время официально причислял себя к украинцам. В анкете 1929 года он чётко указал: «национальность — украинец».
Историки, такие как Сергей Плохий, видят в этом не ошибку, а расчёт. В 1920-1930-е годы политика «коренизации» на Украине открывала больше возможностей для представителей титульной национальности при вступлении в партию и продвижении по службе. Для амбициозного партийца это был прагматичный выбор. Этот статус он сохранял и в военные годы, и после победы, о чём свидетельствует запись «украинец» в его паспорте 1947 года.
Поворотный момент: переезд в Москву
Ситуация изменилась в начале 1950-х, когда Брежнев, сделав успешную карьеру на Украине, в Молдавии и в Казахстане (где, впрочем, никогда не менял национальность), получил назначение в Москву. С этого момента во всех официальных документах он неизменно указывал национальность — русский.
По версии писателя Леонида Млечина, смена графы была вызвана новой карьерной реальностью. В высших эшелонах союзной власти в Москве, особенно после окончания эпохи «коренизации», иной раз могло оказаться стратегически выгоднее подчеркнуть русское происхождение. Брежнев, всегда чуткий к «ветру с вершин», эту перемену уловил.
