Они были слишком разными, чтобы стать соперницами. Одна — «селедка» с рыбьими глазами, как называли ее за глаза товарищи. Другая — «женщина-огонь», красавица, мать пятерых детей, душа любой компании. И между ними — человек, для которого любовь всегда была на втором месте после дела революции. Но когда дело дошло до похорон, именно эти женщины, живые и мертвая, определили судьбу тела вождя. И одна из них предала его последнюю волю.
Две женщины вождя: Минога и пламенная Инесса
Их брак с самого начала был странным. В 1898 году Надежда Крупская, отбывавшая ссылку в Уфе, получила из Шушенского письмо от Владимира Ульянова с предложением стать женой. Ответ был под стать их отношениям — без лишних эмоций: «Ну что ж, женой, так женой» .
Крупская не блистала красотой. Тяжелые черты лица, выпуклые глаза, склонность к полноте — товарищи за глаза называли ее «Селедкой» . Ленин обращался к ней ласковее — «Минога». Но главное было в другом: Крупская оказалась идеальным соратником. Глеб Кржижановский, видевший их семью изнутри, позже написал: «Владимир Ильич мог найти красивее женщину, вот и моя Зина была красивая, но умнее, чем Надежда Константиновна, преданнее делу, чем она, у нас не было».
В 1909 году в Париже появилась Инесса Арманд. Вдова фабриканта, мать пятерых детей, красавица, говорившая на нескольких языках, блестяще игравшая на фортепиано. Она была полной противоположностью Крупской: страстная, влюбчивая, ветреная. И при этом — революционерка до мозга костей .
Ленин увлекся сразу. Часами гулял с Инессой по польским лугам, слушал, как она музицирует, говорил с ней о чем-то, кроме политики. Крупская, у которой начала прогрессировать базедова болезнь, стремительно старела на глазах. Она все видела. И поступила так, как могла поступить только женщина, для которой партия была важнее личного счастья: сама предложила мужу развод .
Разрыв, которого не случилось
Крупская даже помогала Инессе искать квартиру, где новая семья Ленина могла бы поселиться. Но в последний момент все рухнуло. Арманд спешно уехала в Париж. Историки до сих пор спорят, что произошло на самом деле. Сохранилось письмо Инессы, написанное после отъезда:
*«Расстались, расстались мы, дорогой, с тобой! И это так больно. Я знаю, я чувствую, никогда ты сюда не приедешь! Глядя на хорошо знакомые места, я ясно сознавала, как никогда раньше, какое большое место ты еще здесь, в Париже, занимал в моей жизни... Я бы и сейчас обошлась без поцелуев, только бы видеть тебя, иногда говорить с тобой было бы радостью — и это никому бы не могло причинить боль». Ленин выбрал работу. И жену, которая была ее символом.
Но связь не прервалась. Когда в 1918 году вождь переехал в Кремль, Арманд тоже получила там комнату. Британский историк Роберт Сервис, изучив архивы, утверждает: все три комнаты — Ленина, Крупской и Арманд — находились рядом. Вместе они обедали, вместе обсуждали дела .
Смерть, сломавшая вождя
В сентябре 1920 года Инесса Арманд уехала на Кавказ лечиться. В Нальчике она заразилась холерой. Через несколько дней ее не стало. Ей было 46 лет.
Ленин лично встречал гроб на Курском вокзале. Рядом стояла Крупская. Очевидцы вспоминали, что на него было страшно смотреть — он буквально падал в обморок от горя . Крупская потом написала дочери Арманд: «Если бы Инесса была рядом, она нашла бы выход» — в те дни, когда Ленина разбил третий инсульт, она все еще думала о сопернице как о той, кто мог бы спасти мужа .
Среди множества венков на могиле Арманд у Кремлевской стены выделялся один — из белых цветов с черной лентой: «Тов. Инессе от В. И. Ленина» .
Через три с небольшим года Ленин умрет сам. Некоторые историки до сих пор уверены: его свела в могилу не болезнь, а тоска по Инессе.
Последняя воля: чего хотел сам Ильич
21 января 1924 года Ленин умер. И сразу началась борьба за его тело.
Крупская настаивала: Владимир Ильич должен быть похоронен рядом с матерью на Волковом кладбище в Петрограде. Об этом она говорила со слов самого Ленина. Историк Аким Арутюнов ссылается на беседы с Марией Фофановой, хозяйкой конспиративной квартиры в Петрограде: та рассказывала, что незадолго до смерти Ленин просил жену: «Надюша, очень прошу, постарайтесь с Маняшей сделать все, чтобы меня похоронили рядом с мамой» .
Но Крупская была не единственной, кто имел голос.
Сталин, уже тогда набиравший силу, продвигал другую идею — сохранить тело вождя для потомков, сделать нетленным. Никакого документального подтверждения воли самого Ленина на этот счет не существует. Более того, противники сохранения тела указывали на абсурдность идеи для марксиста-атеиста. Троцкий позже писал, что «сама идея сделать из останков мощи угодника нового времени не имеет ничего общего с марксизмом» .
Крупская отчаянно сопротивлялась. 30 января 1924 года, через девять дней после смерти мужа, она опубликовала в газете письмо: «Не ставьте ему памятников, не сооружайте дворцов его имени, не устраивайте пышных церемоний в его память — всему этому он при жизни придавал так мало значения, тяготился этим» .
Ее никто не услышал.
Почему Крупская сдалась
В historiography существует версия, что Крупская в итоге изменила свою позицию. Якобы она согласилась на то, чтобы тело Ленина осталось в Москве, но выдвинула условие: он должен лечь рядом с Инессой Арманд.
В Российском центре хранения и изучения документов новейшей истории сохранилось письмо Крупской к дочери Арманд, где есть такие строки: «Его надо похоронить с товарищами; вместе под Красной (Кремлевской) стеной пусть лежат» .
Но даже если это правда, судьба распорядилась иначе. Ленина не похоронили — его забальзамировали и поместили в мавзолей. Инесса осталась лежать в братской могиле у Кремлевской стены, а вождь вознесся над Красной площадью в стеклянном саркофаге.
Сталин, который вел эту кампанию, ненавидел Крупскую. Позже, когда она пыталась отстаивать какие-то позиции, он угрожал: если не замолчит, официальной вдовой назначат Инессу Арманд. Это был страшный удар: соперница, которую Крупская сама когда-то готова была уступить мужу, теперь использовалась как инструмент шантажа.
Финал: воссоединение через 15 лет
Крупская пережила и мужа, и соперницу. Она умерла в 1939 году. Ее тело кремировали, урну с прахом установили в Кремлевской стене — рядом с мавзолеем и совсем недалеко от того места, где лежала Инесса.
Дочь Арманд, которую тоже назвали Инессой, стала для Крупской самым близким человеком в последние годы жизни. «Всесоюзная бабушка», так и не родившая собственных детей, нянчила внука Арманд и писала Инессе-младшей удивительные письма: «Если бы ты знала, как мне плохо. Как я мечтаю понянчить внучка...» .
Она проиграла битву за тело мужа. Но выиграла другую войну — осталась с ним до конца, пусть даже в виде урны с прахом у Кремлевской стены, в двух шагах от стеклянного саркофага, где лежал тот, кто при жизни принадлежал только революции. И только ей. И еще Инессе.
